Автор
В тихом море звуки играют мелодию: властный голос Суль, мягкий Дага, игривый Лив* — детишки не перестают истошно кричать. Тенгель смотрит на них из-за весла, его сердце тревожно колеблется от опасений за каждого ребенка. Книга ожидает вас в мире, где чистые голоса моря и детские игры тонут в глубине волнения и приключений....
Так самоотверженно борется со злом в своей душе!
— Но вы, верно, не единственные в роду Тенгеля Злого? — лукаво спросил Йохан.
— Теперь мы остались одни. Видите ли, люди фогда убили всех остальных. Но нам повезло. Мы сумели бежать через горы. Никто не знает о том, что мы уцелели. Никто, кроме двух женщин, что живут в Гростенсхольме, и маленького мальчика. Он бежал вместе с нами из долины Людей Льда. Да, еще четыре старика, живущие в Трёнделаге. Но они никому про нас не скажут. И вот теперь еще и вы, герр Йохан.
Герр Йохан сглотнул. Он так разволновался, что у него опять заболел живот.
Суд… костер… Это произведет настоящую сенсацию… О, наконец-то, милостивый Боже!
Победа! Головокружительная удача!
— Поверьте, герр Йохан, моя борьба с самим собой была долгой и трудной. Я был, есть и буду добрым к людям. Если б я только знал, что мне удастся…
«Мне бы сейчас сюда мои пыточные инструменты! Уж я бы придумал самые изощренные пытки».
Откуда-то издалека донесся голос Тенгеля:
— Что с вами, герр Йохан? Вы плохо себя чувствуете?
Больной что-то неразборчиво пробормотал. Тенгелю показалось, что ему стало лучше. Его зеленое лицо начало приобретать нормальный цвет.
Выходя из комнаты, Тенгель остановился и прикрыл глаза. Он так устал! Правильно ли он сделал, что рассказал Йохану обо всем? Понял ли тот его?
Рядом оказалась Суль. Она вопросительно смотрела на отца.
— Что случилось, Тенгель?
Он прикусил губу:
— Суль, я не знаю, что это за человек. Я говорю о герре Йохане. Но мне все время казалось, что тут дело нечисто. Ты ведь знаешь, что я чувствую, когда что-то не так.
Девочка кивнула.
Выйдя из дома, они пошли дальше по тропинке. День был пасмурный и прохладный. Лето явно кончилось.
— Может произойдет что-то ужасное. Я попробовал поговорить с ним по-дружески. Я хотел пробудить в нем самые хорошие чувства и рассказал о нашем бремени.
— А что, если он вовсе не такой, как ты думаешь?
Тенгель грустно улыбнулся:
— Будем надеяться на лучшее.
Взгляд ее стал серьезен:
— Наверно, ты поступил правильно, отец. Мне кажется, что все закончится хорошо.
— Я что-то не чувствую уверенности, — ответил он. — Как ты думаешь, кто он на самом деле?"
"— Раз уж ты начал… Этот противный служка говорил нечто, что можно принять за предупреждение.
