Автор
В тихом море звуки играют мелодию: властный голос Суль, мягкий Дага, игривый Лив* — детишки не перестают истошно кричать. Тенгель смотрит на них из-за весла, его сердце тревожно колеблется от опасений за каждого ребенка. Книга ожидает вас в мире, где чистые голоса моря и детские игры тонут в глубине волнения и приключений....
Зато теперь белокурый мальчуган унаследовал Гростенсхольм!
Однако что-то не похоже, что Дага интересует крестьянский труд. Ему больше нравилось читать книги.
Однажды Клаус, так звали нового работника, чистил лошадь. В это время мимо него прошли дети. Среди них выделялся мальчуган. Он был моложе всех, но высок ростом и широк в плечах. У него были темные волосы, высокие скулы и широко расставленные глаза. Работник не успел разглядеть его как следует, потому что тут его внимание привлекла старшая девочка. Он был так очарован, что не мог отвести глаз.
Темные кудряшки обрамляли кошачье личико с блестящими зелеными глазами. Губы и щеки девушки были нежно-розового цвета. Двигалась она гибко и грациозно. А когда Клаус увидел ее бедра, у него по телу побежали от вожделения мурашки.
Дети давно уже скрылись в доме, а Клаус все тер и тер лошадь в одном и том же месте. Та взбрыкнула, и Клаус наконец очнулся.
Тут к нему подбежал самый младший из детей:
— А лошадь добрая?
— Угу.
Конечно, мальчик хотел. Работник осторожно посадил его в седло.
— Как тебя зовут?
— Аре. Мне семь, почти уже восемь лет. Сегодня у нас детский праздник. Мы отмечаем Иванов день*.[18] А Даг — это мой брат.
— Неужели? — удивился Клаус. Что-то не совпадало. — А у тебя есть еще и сестра?
— Да. Даже две — Лив и Суль.
— Суль… Это что, вон та большая девочка? — Сердце работника забилось быстрее.
— Ага. А маленькая — это Лив.
— А сколь Суль лет?
— Четырнадцать.
Сердце упало в пятки. А он-то думал, что ей никак не меньше шестнадцати.
— Вон идут дети Эйкебю, — сказал Аре. Он был очень доверчивым, наивным мальчиком и не заподозрил ничего дурного в вопросах работника. — Они тоже пришли на праздник. Бедняги. Говорят, их бьют по несколько раз в день.
— Всем детям достается.
— Только не нам.
— Как же так? Надо изгонять первородный грех! — Клаус был потрясен.
— А что это такое?
— Ты в церковь ходишь?
— Да. Но там так скучно. Я считаю звездочки на потолке.
— Но всем детям надо задавать трепку! Надо изгонять дьявола, как ты не понимаешь?!
— Какого дьявола?
— Того, что живет во всех нас, — уже раздраженно бросил Клаус.
Аре подумал немного:
— А зачем его изгонять? Ведь он может запрыгнуть обратно.
— Неужто тебя никогда не били? — недоверчиво спросил Клаус.
— Да, били, конечно.
