Автор
В тихом море звуки играют мелодию: властный голос Суль, мягкий Дага, игривый Лив* — детишки не перестают истошно кричать. Тенгель смотрит на них из-за весла, его сердце тревожно колеблется от опасений за каждого ребенка. Книга ожидает вас в мире, где чистые голоса моря и детские игры тонут в глубине волнения и приключений....
Выйдя в открытое поле, Суль пошла вдоль загона для лошадей.
Ей всегда нравились березы. Их высокие белые стволы словно освещали все вокруг. Даже черноты на стволах не было видно, — такая пышная зелень появилась в этом году.
Тут Суль по весне собирала травы. Ей нравилось смотреть на цветущие луга. Снова в ушах зазвучали голоса детей. Вспомнилось, как они восхищались богатством красок — прямо как на клумбе. Но сейчас цветов не было.
По загону бегал жеребец.
Новый работник ввел в загон кобылу. Новый работник! Как же Суль повезло!
Она села на загородку.
— Привет!
Клаус обернулся и вспыхнул.
— Фрекен… лучше уходите. Да побыстрее!
— А что, тут опасно?
— Да нет, но… уходите.
Суль не двинулась с места. Жеребец припустил за кобылой. Та безуспешно пыталась увернуться. Но жеребец был готов к подвигам. Он высоко подпрыгнул, и Суль свалилась с загородки. Клаус поспешил ей на помощь. Подхватил на руки. Боже, как приятно! Ей хотелось, чтобы он долго-долго держал ее так.
— Мне приказали помочь жеребцу, но он и сам прекрасно справится.
— В чем помочь? — Вопрос остался без ответа. Суль увлеченно наблюдала за любовной игрой лошадей. У них на усадьбе почти не было животных, потому что Силье их так любила, что думать не могла о том, что их придется когда-нибудь забивать.
А когда животные начинали свои любовные игры, детей всегда выводили из конюшни или сеновала.
Если б тут была Силье, да еще с посторонним мужчиной, она бы сквозь землю провалилась от стыда.
Но Силье — это Силье, а Суль есть Суль. Ослепительная улыбка словно лишний раз объяснила, почему ее назвали Суль.
— Великолепно. Наблюдая за ними, возникает какое-то странное чувство. Словно мурашки по телу забегали. А у тебя?
Клаус пытался отвести взгляд; да, и вообще ему надо было следить за лошадьми. Сказать, что он был равнодушен к Суль, значило солгать.
Суль сжала бедра. Она во все глаза смотрела на молодое, великолепное тело Клауса. Оглядывала его оценивающе с головы до ног, с любопытством и в раздумье.
"Суль пододвинулась поближе, дотронулась рукой до рубахи. Дыхание сбилось.
Взглянув на животных, хрипло засмеялась:
— Как здорово. Гляди, как они прикрывают глаза. Думаешь, кобыле хорошо? — шепнула она.
Клаус взглянул на девушку. На ее губах играла легкая улыбка, в глазах светился неподдельный интерес. Теперь Клаус слегка придвинулся к ней. Суль никак не отреагировала. Клаус тихонько засмеялся. Она вторила ему.
