Автор
В бездонной буране Москвы мальчики и девочки сталкиваются с неведомыми страхами, когда снежный ад становится их жизненным полем действия. В этих черных глубинах прячется кошмар или ключ к исцелению, а жизнь каждого ребенка висит на волоске.
Ее убийца, ужасный карлик, бывший акробат самого кошмарного в мире цирка, ехал рядом со своей жертвой — такой же бледный, как она, с белыми от инея ресницами, а за ним ехали еще двое карликов — мужчина и женщина.
Олег хотел сказать Моник, что с ее сыном все хорошо, что он выжил в той страшной мясорубке, но губы ему не повиновались.
Моник уже затерялась в метели, а мимо проплывали незнакомые Олегу лица. Много лиц: мужчины и женщины, молодые и старые. Все они казались длинной траурной процессией, которая тянулась и тянулась.
Но вот музыка смолкла, и силуэты всадников исчезли среди белизны снега.
Цок-цок-цок! — послышался негромкий звук. Олег увидел мальчика в надвинутом наискось берете, похожего на пажа из сказки про Золушку. Этот мальчик вел в поводу такую же белую, как у остальных, лошадь.
Остановившись перед Волковым, лошадь коротко заржала и встряхнула серебряно звякнувшей гривой.
«Это мне, я должен на нее сесть», — подумал парень.
Странно, еще секунду назад он едва мог пошевелить пальцами, а теперь тело вновь повиновалось, словно исчезло сковывающее заклинание.
Волков уже было собирался вскочить в седло, когда услышал отдаленный лай.
Лошадь нетерпеливо стукнула копытом и снова издала призывное ржание.
Паж подал стремя, глядя на Олега с укоризненным ожиданием.
Но Олег нахмурился, прислушиваясь к лаю, который показался ему знакомым.
— Чуд?.. — спросил он тихо, а потом уже изо всех сил закричал в метель: — Чуд! Чуд! Я здесь!
В следующую секунду из снежного марева на него, рыча и оскалив зубы, выскочило лохматое существо.
А Чуд, подскочив к Олегу, принялся лизать горячим языком обледеневшее лицо, отзывавшееся на прикосновения острой болью. Волкову показалось, будто с него живьем сдирают кожу.
Буквально несколько шагов — и Олег с удивлением увидел перед собой знакомую стену дома.
— Чуд! Чуд! Ах вот ты где! Ты нашел хозяина? Вот молодец! — послышался голос отца, и Олега, уже теряющего сознание, подхватили сильные руки.
