— Как мне это сделать?
— Но зачем, дочка? — удивился Джозеф.
— Возможно, они помогут мне восстановить память, — озвучила я заранее приготовленный ответ. — Это мучительно – не помнить себя.
— Ох, моя бедная девочка, — покачал головой Джозеф. — Я постараюсь тебе помочь. Хотя это будет непросто… Творцы редко кого-то принимают и появляются на публике.
Конечно, им же некогда, они заняты играми, мысленно проворчала я. Вот только я настроена решительно. Если придется, вскарабкаюсь по башне прямиком в круглую комнату.
Я улыбнулась, предвкушая эту встречу, и Аз вздрогнул под столом. Коту не понравилось выражение моего лица.
— Ты похожа на маньяка, вышедшего на след жертвы, — прошептал он тихо, чтобы слышала только я.
— В темной-темной душе умертвия созрел черный-черный план мести, — закончила я страшилку.
Я могла жить счастливо в доме Джозефа Монтгомери. Здесь были созданы все для этого условия. И я сейчас говорю не о богатстве и слугах. Меня любили в этом доме. Точнее, Октавию, в теле которой я оказалась.
Джозеф окружил меня заботой, а заодно и всех Уиллисов, ведь они были мне дороги. Дети пошли в лучшую гимназию Верхнего Ареамбурга. Все, за исключением младшего Эдмунда. Ему наняли милую няню, малыш с ней отлично ладил.
Крес занимался переоформлением собственности умершего дяди. Эдгар пустился во все тяжкие – знакомился со злачными местами Верхнего города. Я была не против, так он хотя бы на время отстал от меня.
Только немного волновалась, как бы он не потратил все наследство на карточные игры, выпивку и женщин. Но тут уже за дело взялся Крес. Джозеф помог ему нанять нового стряпчего, чтобы тот ограничил доступ Эдгара к наследству. Наличие малолетних братьев и сестер на иждивении старших должно этому поспособствовать.
В итоге я редко видела братьев Уиллисов, но скучать мне не приходилось. У меня были свои важные дела. Я добивалась аудиенции у Творцов. Это, и правда, оказалось не так просто.
По подсказке Джозефа я обратилась в главную канцелярию. К нужному зданию меня подвезла карета. Она остановилась напротив здания из белого кирпича с черно-белым гербом на фасаде. Похоже, это знак Творцов. Они ведь тоже черно-белые.
Пройдя внутрь, я на секунду растерялась, таким сильным и стойким было охватившее меня дежавю. Я будто в родной мир вернулась!
Огромный холл, заполненный людьми, двери в десятки кабинетов и очереди под ними. Все это до боли напоминало наши государственные учреждения.
