Священник Маркус и фотограф Сандра Вега расследуют загадочное преступление в мрачном Риме. Они объединяют усилия, чтобы выследить незримого убийцу и понять его мотивы. Их погоня за тенью ведет к раскрытию темных тайн города.
Он чувствовал влагу на себе: на спине, руках, ногах, затылке.
Затылок, подумал он. Вот откуда прежде всего происходит боль.
Маркус пощупал больное место, но крови не было, только огромная шишка да небольшая ссадина.
Он боялся, что снова теряет память. И быстренько пробежался по своим воспоминаниям.
Неизвестно почему первым пришел на ум образ монахини, разрубленной на куски в садах Ватикана год тому назад. Но его тут же изгнало воспоминание о Сандре, о том, как она целовалась с мужчиной, в которого влюблена, и о том, как они встретились в сосновом лесу под Остией. Потом явилось и остальное… Магнитофон в церкви Святого Аполлинария, слова Клементе: «Над Римом нависла серьезная угроза. То, что случилось ночью, глубоко возмущает и ум, и совесть». Соляной мальчик… И наконец, вечеринка, зловещая оргия, на которую он попал предыдущей ночью, тень человека с фотоаппаратом, преследование в наркотическом тумане, удар по голове. Последнее, что он помнил, – ноги напавшего на него человека, который уходил восвояси. На нем были синие башмаки.
Наконец Маркусу удалось встать на ноги. Он почувствовал, что замерз. Кто знает, в какой момент прошлой жизни, от которой амнезия его отрезала, он приучился терпеть холод.
В бледном свете зари сад вокруг виллы приобрел призрачные очертания. Пенитенциарий вернулся к стеклянной двери, через которую вышел, но та была заперта. Он попытался выломать створку, но не хватило сил. Тогда он поднял с земли камень и разбил стекло. Сунул руку в отверстие и открыл дверь.
Внутри от вечеринки не осталось и следа. В доме, казалось, десятилетиями никто не жил. Мебель покрыта белыми чехлами, воздух затхлый.
Неужели ему вправду все привиделось? Таким мощным оказался наркотик, который он принял? Но тут он заметил одну деталь – аномалию – и понял, что все происходило на самом деле.
Везде было слишком чисто, патина запустения не коснулась предметов.
Маркус сорвал полотнище, покрывавшее диван, и набросил себе на плечи, чтобы согреться. Нажал на выключатель, но электричества не было. Ощупью пробрался по лестнице на верхний этаж в поисках туалета.
Нашел его в глубине спальни.
Сквозь жалюзи просачивался слабый дневной свет. Маркус нагнулся над раковиной и стал споласкивать лицо снова и снова. Потом поднял голову и посмотрел в зеркало. Под глазами – темные круги: удар не прошел даром. Может, у него даже черепная травма.
– Космо, – прошептал Маркус. Он рассказал о вечеринке, он устроил так, что Маркуса пропустили на виллу.
