. – он задумался, но я не стал дожидаться продолжения, удивленно спросил:
– Вы про шофера автомобиля говорили? У вас имеется машина?
– Понимаю ваше удивление, – покивал головой ювелир. – Машины имеются далеко не у каждого, но в силу свой профессии, приходится разъездов много совершать, иногда на дальние расстояния.
– Так есть или нет? – уточнил я.
– Да, но водить ее я не умею, – пожал он плечами.
– Зато я могу, – задумчиво ответил, мгновенно понимая, что это наилучший выход из положения. – Если мы сможем на авто добраться до России, то это наилучший выход. Главное. Чтобы машина оказалась исправной и имелся запас бензина.
– Топливо есть, в гараже пара бочек и несколько канистр. Иван Макарович, вы и правда умеете управлять машиной? Учтите, это новейшая модель и управление там какое-то странное, так мне водитель объяснял, но я, честно говоря, не вникал.
– Разберемся, – ответил я. – Петр Алексеевич, так можно у вас поинтересоваться, почему вы почитай первому встречному доверились и сделали такое предложение?
Брагин встал, прошелся по кухне, выглянул в окно, проверил как закрыта дверь, а потом ответил:
– Вы спасли внучку, ничего не попросили, являетесь охранителем в Российской империи, кому как не вам доверять.
И все же это просто слова, возможно, ювелир чего-то недоговаривает, но меня такой расклад устраивает на сегодняшний момент времени. Договор, правда, отказался заключать, но дал обещание, что обязуюсь защищать своих спутников. На этом мы пожали друг другу руки и... начались сборы. Первым делом, Брагин продемонстрировал автомобиль. Осмотрев машину, я остался доволен ее техническим состоянием. Правда, бензина в баке мало, канистры пустые, но имеется несколько бочек с топливом. Запасливый этот ювелир, что тот хомяк. Пока Петр Алексеевич собирал необходимы пожитки в дорогу, я заливал топливо в канистры, не забыв и бак под завязку заполнить. Помятую о том, что движок безбожно ест масло озаботился и смазочными материалами, в том числе и обычной водой, для заливки в радиатор. На подготовку, без малого ушло пару часов. Но следующий этап меня поразил, когда я вошел в дом, чтобы проинформировать о готовности к путешествию, то остолбенел.
– Это, мля, что такое? – не выдержал, указал на гору чемоданов, стоящих в холле, к которым Петр Алексеевич, красный от натуги, тащит еще один.