Автор
Иван Чурков оказался в другом времени и мире, где ему пришлось стать охранителем с широкими обязанностями. Он пытается найти пути сотрудничества с Рентгеном и другими влиятельными фигурами, балансируя между политическими интригами и личными обстоятельствами.
– Едем? – посмотрел я на Петра Алексеевича, устроившегося рядом со мной и положившим на колени пухлый саквояж.
– Да, давайте Иван Макарович, – покивал тот, оглянувшись на дом.
Хм, а ведь Брагин без сожаления смотрит назад, похоже, где-то в душе рад, что покидает это место. Впрочем, зная, что за тобой ведется охота, а подвернулся счастливый случай избежать с загонщиками встречи, тут кроме радости ничего не останется.
Дорогу мне указывал ювелир, развить скорость свыше пятидесяти километров в час удавалось не часто. Нас никто и не подумал остановить, и уже к ночи мы прибыли в одно село, в котором Петр Алексеевич надеялся найти проводника через границу. Бронислава уже давно проснулась, но вела себя тихо и смирно, да и не клеился у нас в пути разговор, какая-то тяжка атмосфера стояла в салоне машины. Я ощущал на себе недоверчивые и изучающие взгляды ювелира, он пару раз пытался что-то спросить, но в последний момент сдерживался. В селе же, Брагина поджидало разочарование, проводник наотрез отказался вести нас по дороге, где может пройти автомобиль.
– Но послушайте! Не далее, как пару недель назад, вы там провели караван из повозок! – горячился ювелир. – Машина по той дороге проедет, для чего нам идти пешком?!
– У нас будут кони, на которых вы сможете углубиться внутрь Польской территории, – хмуро отвечал ему селянин, лет под сорок, с хитро бегающими глазами. – Да, за все про все, за такой переход, с вас пятнадцать тысяч крон или шесть тысяч рублей, с учетом баулов, в которых вы повезете свои сумки.
От названный суммы я думал, что Брагина хватит удар. Проводник же все объяснил просто. Нас трое, за каждого ему придется отстегнуть пограничникам, которые в последнее время словно с цепи сорвались, и, кстати, он не дает гарантий в успешном завершении дела. И вообще, мол, если не хотите, то заводите свою машину и проваливайте. Кстати, троих лошадей он готов предоставить в обмен на автомобиль, с которым волен поступать по своему усмотрению. В общем, не контрабандист это оказался, а самый что ни на есть делец. Впрочем, он пояснил свою позицию тем, что война готова начаться в любой момент и риск слишком велик, к тому же, в ближайшее будущее работы у него не окажется, а кормить семью необходимо. Попытки ювелира поторговаться ни к чему не привели. Скрепя зубами, Петр Алексеевич написал расписку на автомобиль и передал проводнику документы, заплатил аванс в размере четырех тысяч рублей ассигнациями, после чего мы сразу отправились в путь.
