Тем более по дороге к речке.
Толпа начинает редеть. Люди расходятся, перешептываясь и бросая на меня косые взгляды. Теперь я точно знаю: к вечеру вся деревня будет гудеть от сплетен. «Генеральская любовница» — куда более сочная история, чем «ведьма».
Конечно, каждый теперь десять раз подумает, прежде чем что-то обо мне сказать или что-то сделать. Но… хотя куда уж мне еще ниже падать, если все и каждый в этой деревне думают, что я отдала невинность дракону!
Ойлин пытается еще что-то сказать, но Нортон делает шаг вперед, и парень просто сбегает. Умно. Я бы тоже сбежала от рассерженного дракона. Оглядываюсь и вижу Мери, которая с явным недовольством смотрит на генерала. Думает, что Нортон напрасно бочку на ее парня катит?
Ох… Как бы она сама не влипла с ним. А рассказать сейчас — может не поверить, да еще и ему лишнего разболтать.
Когда толпа расходится, я захожу в таверну, потому что наверняка там Орта с Вальчеком опять зашиваются.
— Благодарю, — говорю я тихо Нортону, который следует за мной. — Хотя способ вы выбрали…
— Действенный, — обрывает он с усмешкой. — К тому же… — он наклоняется ближе, — технически я не соврал. Ты действительно была со мной после полуночи. В лесу.
Я фыркаю и разворачиваюсь, чтобы уйти, но его следующие слова заставляют меня замереть:
— И да, Айтина… В следующий раз, когда решишь погулять ночью — предупреди. А то мне придется снова спасать твою репутацию.
Возвращаюсь на кухню, где уже вовсю кипит работа. Орта месит тесто для хлеба, а Вальчек, высунув от усердия язык, нарезает яблоки.
— Ох, милая, — Орта окидывает меня понимающим взглядом. — Я слышала крики. Всё хорошо?
Она кидает взгляд на Анну с Мери, которые, насупившись, сидят в углу и начищают какой-то котел. Не самое сейчас нужное занятие, но, похоже, их просто наказали. Вернее, наказали Мери, за то, что она пошла на улицу, а Анне досталось просто попутно.
— Более чем, — отвечаю я, завязывая фартук. — Генерал… разобрался с ситуацией.
— Да уж, — хмыкает Вальчек, — наш генерал — мастер разбираться. В ситуациях.
Я кидаю на него грозный взгляд, и он тут же утыкается обратно в свои яблоки. Орта только вздыхает:
— Главное, что все обошлось. А сплетни… они приходят и уходят.
Ага. Но сплетни про Мери и Анну задели бы ее гораздо больше.
Отмахиваюсь рукой, мол, сказанного уже не воротишь, и берусь за работу. Нужно накормить ведь не только солдат в лагере, но и тех, кто приходит в таверну. А такие даже вчера были.
