В середине прошлого века наши парни ловко покоряли самураев в Китае. Но у них не было моей подготовки – более подобной ниндзя. Мы обучены работать ночью, как летучая мышь обнимающая земной шар — символ нашего спецподразделения ГРУ.
Накануне вечером он с соседом поругался. Пьяный сосед до него докопался. Здоровенный мужик. А Вальтер рядом с ним как мальчишка.
– Что, соседу выпить не с кем было? – не сказал, а проворчал я.
– На лестнице не разошлись. Ну, Вальтер коротко объяснил что‑то. Нечаянно руку сломал. Соседа жена в травмпункт повела. Оттуда ментам сообщили. Они приехали. С Вальтером на лестнице встретились – он мусор выносил. Сосед с ментами был. Пришлось выкручиваться, и за трубкой вернуться времени не осталось.
– Сильно выкручивался? – спросил я.
– У одного Вальтер отобрал пистолет. Сразу после первого выстрела. Сам стрелять не стал. Патроны в карман высыпал, оружие в мусоропровод выбросил. На глазах у ментов. Чтобы потом покопались. Наверное, когда бок болит, приятно представить подобную себе картину.
– Зачем нужно было их злить?!
– Куда уж больше злить, когда он свое мусорное ведро второму менту на голову напялил. Все остальное – только обеспечение собственной безопасности. Пришлось у соседнего дома угнать велосипед.
"Вальтер в самом деле снимал квартиру на самой окраине, уже за пределами кольцевой дороги. И ехать ему было недолго. В бывшем пионерском лагере, расположенном недалеко от города, ныне потихоньку разбираемом на строительные материалы, мы устроили себе базу. Знакомый Вадима, старик-алкоголик, работал там сторожем.
После побега мы прожили в лагере месяц. Ждали, когда все как‑то уляжется. Верилось, что должно все пройти хорошо. Не улеглось. Не прошло. Нас объявили в розыск. Одновременно с этим всероссийским розыском мы начали проводить собственный розыск. Это было то малое, что могло нам хоть как‑то помочь.
А сейчас вот Вальтеру пришлось вернуться в лагерь.
