В середине прошлого века наши парни ловко покоряли самураев в Китае. Но у них не было моей подготовки – более подобной ниндзя. Мы обучены работать ночью, как летучая мышь обнимающая земной шар — символ нашего спецподразделения ГРУ.
То есть сам заинтересованный в выздоровлении не мог внимательно вслушиваться. А это как раз и говорило о его плохом самочувствии и о том, что его недавняя бодрость показная.
Я пипеткой накапал в стакан с подогретым молоком двадцать капель препарата. Молоко опять слегка запенилось, словно собиралось закипеть. Стакан был теплым от молока, но впечатление создавалось такое, что греется он после добавления препарата.
– Вперед. Гвардейская норма! – протянул я стакан Вальтеру.
По-гвардейски пить он, впрочем, не стал.
– Запах на АСД похож… – сказал Корчагин.
– Что такое АСД? – вяло поинтересовался Вальтер.
– Ветеринарное лекарство. Препарат Дорогова. Антисептический биостимулятор Дорогова. У меня жена лечилась… Он для людей делался.
– Кроме жены… – сказал я.
Вадим ничего не ответил. Он прощал мне уколы в сторону собственной семейной жизни.
– Выпью, пожалуй, – сказал Вальтер и поднял стакан.
Я бы на его месте такую отраву одним глотком употребил, чтобы не растягивать мучения. Он же цедил вонючее молоко маленькими глоточками, корчась и мучаясь.
