Однако если она не погибла сразу – а по-видимому, так оно и вышло, – я представила себе, как из последних сил, окровавленными руками она вытаскивает из кармана мобильник…
«Пожалуйста, пожалуйста, пусть она выживет», – подумала я, сама не зная, к кому обращаюсь с мольбой.
– Пошли, – сказал Ганс. – Ты нужна нам. Команды уже формируются.
Еще один сюрприз – я не ожидала, что он без проволочек возьмет меня с собой, и я почти зауважала его. Пусть со мной он вел себя как законченный козел, но сейчас в нем явно чувствовался лидер, готовый пустить в дело все, что к тому пригодно. Он молниеносно исчез за дверью, несколько стражей устремились следом. С трудом поспевая за ними, я увидела приближающегося Майкла.
– Вы посылаете спасательные команды, – сказала я Гансу. – Это… большая редкость.
Даже выговорить эти слова мне было нелегко. Как правило, похищенных стригоями мороев не спасают, поскольку заведомо считают мертвыми. Спасательная экспедиция, организованная после нападения на Академию, была событием из ряда вон выходящим, основанным на особенных причинах.
– Там же принцесса Драгомир. – Ганс искоса взглянул на меня.
Лисса была дорога мне; может, дороже всех на свете. Но для мороев, поняла я, она была дорога тоже. Может, большинство захваченных стригоями мороев и посчитали бы мертвыми, но она – другое дело: последняя в своем роду. С ее смертью стало бы на одну из двенадцати древних семей меньше; вся культура мороев понесла бы урон, а стригои одержали бы заметную победу. Ради нее стражи были готовы пойти на риск.
И, как выяснилось, на очень большой риск. Когда мы добрались до гаража, я увидела множество других стражей – и вместе с ними мороев. Некоторых я узнала – Ташу Озера, к примеру. Остальные морои, как и она, были пользователями огня, чей возможный вклад в сражение мы уже научились ценить. Споры о возможности участия мороев в боевых действиях на время были отложены, и эту группу создали с поразительной быстротой. Наши с Ташей взгляды встретились; лицо у нее было серьезное и сосредоточенное. Она ничего не сказала мне – и так все было ясно.
Ганс отдавал отрывистые, краткие приказы, распределяя людей по машинам. Изо всех сил стараясь взять себя в руки, я терпеливо стояла рядом с ним. Неугомонная натура подталкивала меня вмешаться в гущу событий, объяснить всем, на что я способна. Дойдет черед и до меня, убеждала я себя. Ганс уже продумал, какую роль мне поручить, нужно только подождать.
Мысли о Лиссе тоже подтачивали мое самообладание. После того как Дмитрий увел их с Кристианом, я покинула ее сознание и пока вернуться в него не могла. Их вид, в особенности Дмитрия, был для меня невыносим. Я понимала – мне придется сделать это, когда я начну направлять стражей, но в данный момент я сдерживала себя.