Тысячи страниц этих книг не были бы! Одно дело – получать любовные сообщения, совсем другое – оказаться в ситуации смертельной опасности даже под джинсами любимого человека. Хотя ты можешь и не верить тому, что говоришь, ведь сама когда-то пыталась убить того, кого любила. Но сегодняшнее письмо пришло точно вовремя – после долгих часов безудержной мысли....
Я все еще чувствовала себя замечательно, просто головокружительно, но разум постепенно возвращался, и сквозь счастливый туман начали пробиваться разумные мысли – или почти разумные. Убедившись, что я достаточно «протрезвела», Адриан расслабился и откинулся на постели. Я свернулась калачиком рядом. Он выглядел таким же удовлетворенным, как и я.
– Это был лучший в мире не-секс, – пробормотал он.
Я лишь сонно улыбнулась в ответ. Было уже поздно, и чем глубже в кровь проникали эндорфины, тем сильнее тянуло в сон.
Нет, это неправда, решила я, и вскоре недовольный голосок смолк, сморенный усталостью. Я заснула, прижавшись к Адриану, и спала так крепко и сладко, как никогда в жизни.
Не было ничего удивительного в том, что я выбралась из постели, приняла душ и даже высушила волосы, не разбудив Адриана.
С волосами я возилась дольше обычного. След свежего вампирского укуса на шее был заметен, поэтому я распустила волосы, чтобы его прикрыть. Убедившись, что отпечатки клыков надежно закамуфлированы, я задумалась, что делать дальше. Спустя примерно час в Совете начнется обсуждение вопросов о снижении возрастного ценза стражей, участии мороев в сражениях и голосе Драгомиров в Совете.
Будить Адриана, однако, мне не хотелось – он так мирно спал на моей постели. Вдобавок если я разбужу его, то мне придется ждать, пока он не приведет себя в порядок. Лисса – я ощущала это через нашу связь – сидела одна за столиком в кафе.
На полпути к кафе, однако, я почувствовала, что мои планы позавтракать с Лиссой находятся под угрозой. К ней уже подсел Кристиан.
– Ну-ну… – пробормотала я.
При том что творилось вокруг, я уделяла личной жизни Лиссы мало внимания.
