Тысячи страниц этих книг не были бы! Одно дело – получать любовные сообщения, совсем другое – оказаться в ситуации смертельной опасности даже под джинсами любимого человека. Хотя ты можешь и не верить тому, что говоришь, ведь сама когда-то пыталась убить того, кого любила. Но сегодняшнее письмо пришло точно вовремя – после долгих часов безудержной мысли....
Если ты пришел к ней после того, как Татьяну убили, тогда ты тут точно ни при чем. Если же ты был с ней до этого…
– Тогда у нее есть алиби, – прервал он мать. – И проблема закрыта.
– Надеюсь, это так, – пробормотала Даниэлла.
На молодежь она больше не смотрела. Колесики лихорадочно крутились в ее голове – она старалась придумать, как защитить сына. То, что произошло со мной, она воспринимала как несчастный случай; предметом ее первостепенной тревоги, естественно, был Адриан."
"– Нужно срочно найти тебе адвоката, – наконец решила она.
Весь вид Адриана по-прежнему выражал тоску; казалось, он рухнет под ударами судьбы, если в ближайшее время не подкрепит свои силы никотином или алкоголем. Это было невыносимо – видеть его в таком состоянии и к тому же знать, что я всему причиной.
– Когда я входил в здание, в вестибюле кто-то был… швейцар, скорее всего. Консьержа, правда, на месте не оказалось.
– Вот оно! – Даниэлла просияла.
– И таким образом он сможет защитить меня, если дело обернется плохо?
– Конечно.
– А что насчет Розы?
– Что насчет нее?
Адриан по-прежнему выглядел так, словно вот-вот рассыплется на части, но в его зеленых глазах появилось серьезное, сосредоточенное выражение.
– Если выяснится, что тетю Татьяну убили до того, как я пришел туда, и Розу одну бросят на растерзание волкам, будет Дамон защищать ее?
– Ох, ну дорогой… – промямлила его мать.
– Займется, если ты попросишь его об этом, – безжалостно заявил Адриан.
– Ты не понимаешь, о чем говоришь, – устало ответила она. – Говорят, есть серьезное доказательство против нее. Если наша семья выкажет сочувствие убийце…
– Она не убийца! Ты ведь встречалась с Розой, она нравится тебе.
