Автор
В небе мегаполиса отражается рекламная пляска, но в комнате за столом царит строгость и тайна. Брюнет, одетый в классический костюм Ermenegildo Zegna, отказывает другу из-за непреодолимой необходимости — ужасающей праведности денег сражается со светом дня.
— Отлично, — надменно сказала женщина, — Я вам что-то должна?"
"— Я отправил счет на мыло бухгалтерии вашей компании, как всегда, — угодливо улыбнулся толстяк, — мне уже перезвонили и сказали, что в течение дня переведут деньги.
— Отлично, выгоните машину сюда, не хочу идти в ваш бокс, там слишком грязно.
— Ун момент, — толстяк повернулся к ангару, — Серега, Серега, еж твою мать!
— Чего? — из помещения высунулся парень в серой спецовке.
— Робу сними и бежевый лексус сюда подгони. Ключи у меня в верхнем ящике стола.
— Сейчас, — паренек исчез.
Через минуту «Lexus LS» цвета кофе с молоком аккуратно выехал из бокса, остановившись недалеко от женщины. Паренек шустро выскочил из автомобиля, и протянул брелок с сигнализацией и ключами хозяйке.
— Спасибо, — величественно поблагодарила Мария Александровна, забирая ключи. Она повернулась к джипу и махнула рукой. Открылась дверца и на землю выпрыгнул мальчик лет 8-ми.
— Витя, садись в нашу машину, — приказала женщина.
— Ага, мам, — кивнул ребенок, открыл дверь и забрался на середину заднего сиденья.
— Благодарю вас ребята, можете быть свободны, — обратилась женщина к своим спутникам.
— Александр Николаевич сказал, чтобы мы вас сопровождали, — набычился лысый. Водитель согласно кивнул.
— Я к родителям в Антоновку еду на пару дней. Там коттеджный городок с вооруженной охраной. И у предков на воротах сидит такой же амбал с помповым ружьем. Чего бояться? В доме лишних мест нет. Но если решите остаться, то выделю вам уголок в сарае. Погода летняя, спать почти на природе будете, старые матрасы выделю.
— Мы вас все равно до дома довезем, — хмуро буркнул широкоплечий, — Шеф сказал сопровождать, значит надо сопровождать. А будете уезжать, обязательно позвоните. Приедем, заберем.
— Хорошо, — горестно вздохнула Мария Александровна, театрально закатив глаза, — поехали.
Женщина села в машину. Автомобиль затрясся и тронулся, медленно выезжая за ворота СТО. За ним покатил «рендж-ровер» с двумя охранниками.
Когда машины покинули двор, выражение лица толстяка изменилось. Приветливая улыбка сменилась торжествующим злобным оскалом.
— Вот ты и довыделывалась, стерва. До встречи в аду.
* * *
Черная обугленная машина догорала, испуская в воздух чадящий дым. Умирающие языки пламени бессильно дергались, в последней попытке обрести новую жизнь.
Вокруг смятого в лепешку «лексуса», сброшенного с дороги, суетились пожарные, заливая остатки огня хлопьями пены.
