Автор
Криминалист Василий Гусев пытается передать загадочное дело о смерти «табачно-спичечной королевы» главе детективного агентства. Расследование, казавшееся простым, втягивает героев в опасную игру, где каждый шаг может стать роковым. Судьба готовит неожиданные повороты и раскрывает шокирующие...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Он уходя спросил» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Криминалист Василий Гусев пытается передать загадочное дело о смерти «табачно-спичечной королевы» главе детективного агентства. Расследование, казавшееся простым, втягивает героев в опасную игру, где каждый шаг может стать роковым. Судьба готовит неожиданные повороты и раскрывает шокирующие...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Криминалист Василий Гусев пытается передать загадочное дело о смерти «табачно-спичечной королевы» главе детективного агентства. Расследование, казавшееся простым, втягивает героев в опасную игру, где каждый шаг может стать роковым. Судьба готовит неожиданные повороты и раскрывает шокирующие...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Стало скучно и безветренно. Полный штиль. Одних врагов государства мы пересажали, другие сидят по своим Швейцариям. Не поверите – приходится самому выдумывать работу. Ладно бы я еще по эсерам специализировался, или по анархистам. Там все-таки случаются какие-никакие эксцессы. Но меня загнали на большевиков! – почти простонал страдалец. – Это такие тоскливые сизари! Курлык-курлык, голосуем за то – голосуем за сё, выборы в ЦК – перевыборы в ЦК, напишем статейку – обсудим статейку. Когда меня сегодня вызвали к телефону, я как раз читал статью Ленина о праве наций на самоопределение. Чуть не уснул. Фантазеры, онанисты, мать их об печку! Ей-богу, уйду на хорошее место и не оглянусь!
Вдруг ротмистр крякнул. Я увидел в зеркальце, что у него засверкали глаза.
– Послушайте, Василий Иванович, у меня идея! – Его тон переменился с брюзгливого на энтузиастический. – Ничего, что я вас по имени-отчеству?
– Ради бога. Вас самого как звать-величать? – дружелюбно осведомился я. Люблю, когда люди относятся к делу творчески.
– Владимир Леонтьевич. А что если нам не ждать у моря погоды? Мы не знаем, существует ли на Путиловском заводе большевистское подполье и, если существует, связан ли с ним Миловидов. Но я могу в два счета создать там собственный революционный кружок, людишки у меня есть. Кружок вступит в контакт с Миловидовым, мы зацапаем его с поличным – литературка там, а то и взрывчаточка. Тут-то вы его, голубчика, и прижмете. Отдай ребенка – и не отправишься в тюрьму, дохаркивать легкие в каземате.
– Я провокациями не занимаюсь, – насупился я.
Подумал: потому вас, охранщиков, и не любят. Вреда для страны от вас больше, чем пользы.
Помянутый ротмистром новый шеф Жандармского корпуса Джунковский, выступая в Думе, говорил, что самоотверженные работники государственной полиции подобны хирургам, спасающим Россию от гангрены революции. Хорош хирург, орудующий грязным скальпелем…
Однако ротмистр не обиделся и не стушевался.
– Если всё же надумаете – это мне пара пустяков. Пока же знайте: я и мои люди в полном вашем распоряжении. Любой приказ – только свистните.
А вот это мне понравилось. Филеры Охранки могли очень пригодиться, они превосходные профессионалы.
Мы уже выехали на Сергиевскую, где Хвощова не так давно выстроила себе дивный палаццо, о котором много писали в газетах. Как я читал, владелица велела архитектору спроектировать здание так, чтобы в будущем оно могло использоваться в качестве картинной галереи. Слава московского Третьякова кружила головы нашим меценатам искусства, довольно многочисленным. При всем моем равнодушии к живописи, особенно современной, эта мода мне была по сердцу.
