Автор
Стас чувствует себя чужим даже перед зеркалом. После разрыва с любимой женщиной прошло полгода, но он все еще не встречает девушки рядом. Странная одержимость захватила его, и он боится подглядывать в зеркала из страха узнать себя.
Без зазрения совести. Я же теперь семейный человек, и мне нужно думать о ее благополучии.
– Что, сучка замаячила на горизонте, так ты и продал родного отца, да? – злобно шипит папаша, пытаясь вывести на эмоции через совесть. Но ничего не выйдет. Я обезопасил себя в этом вопросе со всех сторон.
– Не смей так говорить о матери моего ребенка, – холодно чеканю, ломая пополам карандаш, что сжимаю в руке. Откидываю обломки в сторону и встаю со своего места, подойдя к окну. Бью кулаком в стену, жалея лишь об одном – что это не его челюсть, которую так и хочется снова сломать.
– А ты в курсе, что твоя сучка продала тебя? Твою любовь, о которой ты орешь с пеной у рта. Я тебе уже говорил, что ты ей не нужен. Она – очередная охотница за миллионами. Твоя Кира получила на свой счет кругленькую сумму, прежде чем покинуть страну семь лет назад. Да, ты можешь мне не верить, но выписка с моего личного банковского счета не врет.
Я стискиваю зубы, и одному Богу известно, из каких сил держусь, чтобы не сесть в машину и не рвануть к существу, что гордо именует себя моим отцом.
И если бы я не знал всей правды, рассказанной со слезами на глазах, наверно, увидев бумаги (при условии, что я – круглый идиот), поверил бы отцу. Но мой папаша не учитывает один факт. И в этом его фатальная ошибка.
Я любил Киру. И все еще люблю. И знаю ее, как облупленную. Даже лучше, чем себя самого.
Она бы никогда не продала наши чувства за деньги.
Она вкалывала на нескольких работах, чтобы лечить больную мать.
Так с чего вдруг она должна была поменять свое мнение за несколько недель до свадьбы и так дешево продаться? Она прекрасно знала, что я весь мир положу к ее ногам. Ей достаточно просто попросить.
– Желаю удачи на посту генерального директора. Кажется, тебе только это осталось? Расскажешь потом, каково это – ничего не решать в собственной фирме.
И кладу трубку, блокируя номер телефона. Этот человек отныне навсегда в черном списке не только в мобильном, но и в моей жизни.
* * *– Спасибо тебе, – тихо произносит Кира, счастливо улыбаясь и внимательно следя за бусинкой со своего места в шезлонге.
Поворачиваюсь к ней, лениво потягивая мохито и безмолвно спрашивая, о чем конкретно она сейчас говорит.
– За то, что исполнил мечту бусинки.
