Автор
Стас чувствует себя чужим даже перед зеркалом. После разрыва с любимой женщиной прошло полгода, но он все еще не встречает девушки рядом. Странная одержимость захватила его, и он боится подглядывать в зеркала из страха узнать себя.
– Нехило она тебя зацепила, раз ты ко мне прискакал в семь утра!
– Не зацепила, – скриплю зубами, не желая даже близкому другу признаваться в собственной слабости. – Просто…подумал, что неплохо было бы, если бы у меня была постоянная женщина. Чтобы с ней можно было отвести душу после тяжелого рабочего дня, например.
Миша долго изучающе смотрит на меня, а потом хохочет, откинув голову назад. Хмурюсь, не понимая, что такого я сказал.
– Ну да, ну да. Настолько не зацепила, что отказался от подарка в виде Ариадны и купил девушку за пятьсот кусков.
– Ладно-ладно, – сдаюсь, поднимая руки ладонями вверх. – Да, зацепила. Есть в ней…что-то такое.
– Понятное дело, что. Хороша в постели. Ну, хоть это радует, что за такие бешеные бабки ты не бревно купил…
– Я тебе сейчас втащу, – цежу, снова сжимая кулаки, чтобы не разрисовать лицо единственному, кто может мне хоть как-то помочь. – Так ты поможешь или нет?
– Помогу, конечно. Только расслабься, а то ты выглядишь сейчас так, словно хочешь меня придушить.
Миша достает телефон и что-то в нем деловито набирает.
– Есть у меня один секретный номерок на такой вот случай. Алло, кисунь, доброе утро!
А у меня зубы сводит от такой вот приторности. Но таков Мишка: у него все «кисуни», потому что он ленится запоминать имена своих пассий. Его интересует только то, куда можно пристроить свой член, а не богатый духовный внутренний мир девушки. Но за что-то они все его любят без оглядки и все ему прощают.
– Ну, не злись, я представляю, какая у тебя была тяжелая ночь.
Девушка что-то говорит на том конце провода, а я понимаю, что должен услышать информацию лично. Иначе нельзя. Знаками даю понять Мише, чтобы следовал за мной.
– Погоди, кисунь, повиси на проводе.
Мы выходим на улицу, и я направляюсь прямо к машине друга. Тот понимает меня без слов и нажимает на брелок, чтобы открыть ее. Мы садимся, и я вполголоса командую:
– Включи громкую связь.
Миша делает, как я прошу, и продолжает разговор:
– Кисунь, ты же все и про всех знаешь в «Бархате»…
– Ну, не то, чтобы все, – заигрывает на том конце провода девушка. – Но кое-что про некоторых знаю. А тебе зачем?
– Говорю же, другу помочь.
