Тихий шепот и тонкие швы на руке новичка ставят его в невыгодное положение. Судя по реакции бойца, самое красивое существо на матче было повреждено. Язык неумолимо улыбается, словно подтверждая грустные мысли о предстоящем бою: техническая победа важна, но это не первичная битва. Чувство боли остается призрачным, и все же напряжение нарастает....
» А ты, Шагалов, в самоволке подрался, и в ментовку влетел. Забудь, короче!
— Вот, блин…
Глава 36. Настырная
ЯНАСидя в машине с мамой, перематываю записи с камеры — вижуал-очков, пытаясь отыскать кадры, где виден номер телефона или хоть что-то…
— Что ты делаешь?
— Ищу свидетеля.
— Ян, тебе нельзя так долго напрягать глаза.
— Да, я знаю.
Уже плывет все, и я хреново фокусируюсь.
Снимаю очки, закрываю глаза. Кладу голову ей на плечо.
— Давай я посмотрю, — вытягивает телефон из моей руки.
Взбодрившись от мысли, что мама может увидеть на моем телефоне похабные переписки Шагалова с Марикой, сажусь ровно, забывая про глаза.
— Нет, я сама, — держу крепко телефон.
— Как Мишутка?
— А вот! Звонит! Да?
— Яныч, следаки по ваши души направились. Персонал опрошен.
— А, черт! Сейчас я… Не успела!
Надеваю обратно очки.
— Коневской… — разбираю я фамилию с аккаунта, с которым переписывается Марика. Кажется, Гала с Марикой ее упоминали, эту фамилию. Что-то там было про щедрость и караты.
Мне звонит Алла, просит вернуться для дачи показаний.
— Мам, ты же у меня крутой журналист? — вдруг приходит мне в голову единственно рабочая, мысль. — У меня для тебя профессиональный квест. Вот это Марика… — скидываю ей контакты. — У нее есть жених сильно старше ее. Богатый. Наверняка, из элиты. Он почему-то не выездной из страны, если это как-то поможет, — вспоминаю я детали разговоров соседок. — Фамилия у него — Коневской.
— Когда?
— Еще вчера нужен, мам, — жалобно свожу брови домиком, умоляюще складывая руки.
— Хм…
Хмурясь, погружается в экран своего.
— Реально найти?
— Попробую!
— Сразу же мне отправь. Сразу же!
— Я тебя жду здесь… — не отрывая от экрана глаз.
Показания берут не у всех. В коридоре административного корпуса человек двадцать. В основном парни. Все наши тоже здесь, а также — Дагер, из-за какой-то ситуации на конюшне. Когда из-за Стоцкого пострадали Сэм, Ася и Рафаэль.
— А эти почему? — шепотом спрашиваю у парней.
— В прошлом году он столкнул в бассейн Михееву. Она голову разбила. А вторая… Что-то было там, но не обнародовали. Все шито-крыто.
Рита, Ася… Их долго не задерживают. Парней мурыжат чуть дольше. Потом захожу я.
— Вы хотите изменить показания?
— Да.
— К этому делу они практически не имеют отношения, Яна.
— Еще как имеют.
