Тихий шепот и тонкие швы на руке новичка ставят его в невыгодное положение. Судя по реакции бойца, самое красивое существо на матче было повреждено. Язык неумолимо улыбается, словно подтверждая грустные мысли о предстоящем бою: техническая победа важна, но это не первичная битва. Чувство боли остается призрачным, и все же напряжение нарастает....
— Клиент должен дозреть.
Сэм мстительно дергает ее за косу.
С завистью наблюдаю, как их кисти незаметно сплетаются на коленке Сэмыча.
Асин палец рисует по его бедру круг. Он ведет по бедру ее кисть чуть выше. Еще выше…
Ррр… Тоже так хочу!
Пинает меня под столом по кроссовку. Отвожу взгляд.
Гадство… Обломали нам с Мышкой такое сладенькое приключение! Я только-только рухнул в этот головокружительный полет и, за вспышкой эмоций, даже толком не распробовал ее вкус и губы. И на тебе!..
— Ладно, пойдемте.
Мы зависаем на уличной спорт площадке.
Пальцы скользят по покрытию. Ветер обдувает заголившуюся поясницу.
— Чего висишь, — шлепает по животу мне Сэм. — В любой непонятной ситуации качай пресс.
Послушно поднимаюсь пару раз.
— Было же — «отжимайся».
— Один хрен. Давай.
Поднимаюсь еще раз.
— Алла идет, ты у нее спрашивал?
— Спрашивал.
Из карманов, как назло, начинает все сыпаться — ключи, резинки, пачка…
Алла улавливает это боковым зрением и начинает поворачиваться.
Рита пинает по пачке, отправляя ее в полет, ближе к урне. Сэм наступает на квадратик фольги. Алла бросает взгляд на мои ключи и идет дальше.
Спрыгиваю.
— Ты, давай, завязывай с этим, — кивает Сэм на пачку. — На кроссоверах дохнешь. В третьем раунде как собака дышишь!
— Отвали, Сэмыч,
— Слабое звено, — лупит мне по козырьку кепки.
— Э!
Отвечаю ему двоечкой в плечо.
— Лоу-кик! — прилетает мне в голень от Ритки.
— Оу…
— Сайд- кик! — от Сэма.
— Апперкот! — От Кислицына.
Начинают они шутливо месить меня втроем, под смех Агнии, пока не заваливают. Делают вид, что пинают.
— Придурки! — смеюсь я.
Охранники, срываются в нашу сторону. Друзья подают мне руки, дергая вверх и помогая встать на ноги.
— Эй! Эй! — поднимаю руки выше. — Шутим мы! Нормально все!
Притормаживают.
— Нервные какие…
Застывая смотрю на ворота.
— Братан, выдыхай, вернется она, — улыбается Кислый.
Который уже пару недель как — не кислый и сверкает как Тульский самовар. Потому что — что?
Правильно, потому что Ритка греет под его толстовкой свои лапки.
И я тоже хочу-у-у… И могу легко взять, да только хочу именно Мышку, и это все очень осложняет!
Мимо идет тот «Тепленький» охранник, бросая на нас строгий взгляд.
— Новые наши охранники в корпусе, имеют какое-то отношение к Албанцевой. Это люди ее отца.
— Ого!
— Только тихо, не трындите никому. Когда меня в клубе поломали немного, оба были там в спецухе, балаклавах и с нашивками.
