Автор
Слушая рассказ Лиды о том, как она узнала о ребенке своего мужа, Милена не верит своим ушам. Но когда женщина объясняет, что это не благотворительность, а спасение от гибельного диагноза, Милена начинает понимать страшную правду: ее семья готовится к разрушительному с变革. Она никогда не думала, что когда-то такое случится с ней, но теперь все кажется слишком реальным и невероятным одновременно....
Интересно, а то, что перечислила сейчас Анжела, можно интерпретировать как преследование? Или в полиции вновь скажут, что не видят в озвученном никакого состава преступления?
– Стоп, Анжела. Теперь давайте по порядку. В редакцию передачи пришли все эти данные? От Лидии?
– Да, от Лидии. Здесь также есть и ваши контакты.
– Личные, – хмыкнула в ответ.
– Да, потому я вам и звоню. Вы не могли бы подъехать к нам и обговорить, в каком формате нам лучше будет записать эту передачу?
Она говорила о своём дурацком выпуске так, словно это было делом решённым.
– Я сейчас в отъезде. Перезвоню вам, когда вернусь домой. Всего хорошего, Анжела.
Не дожидаясь, пока редактор положит трубку, я сбросила звонок и едва не взревела от злости, которая запылала в душе.
– Ты не представляешь, что творится, пока мы здесь! – заявила отцу, вернувшись на кухню наших апартаментов.
– Питер смыло волной? Пронёсся ураган? – с притворным беспокойством спросил отец, глядя на меня во все глаза.
– Хуже! Эта дрянь хочет выволочь наше грязное бельё на обозрение всей страны! – зашипела я, пока папа споро наливал в бокал немного Каберне.
– Так, присядь и расскажи подробнее, – велел отец и, вручив мне напиток, легко подтолкнул в сторону дивана.
Я устроилась на нём и, сделав внушительный глоток, вдохнула и выдохнула.
– Мне звонил редактор передачи с Первого канала. Она сказала, что Лида прислала им целый сценарий выпуска, главной героиней которого должна стать она сама, ну а антуражем – я и, видимо, мальчики.
Отец присел рядом и нахмурился.
– Ей настолько нужны деньги? А как же всякие благотворительные сборы? И ты говорила, что Арсений им помогает.
– Ей не нужны деньги, папа! Ей нужно было сначала разрушить мою семью, с чем она успешно справилась, а затем уничтожить то, что после этой самой семьи осталось.
Не в силах сидеть на месте, я вновь вскочила и заметалась по кухне, едва не выплёскивая на себя вино.
– Теперь давай по пунктам, я ничего не понимаю.
– Не потащат. Пока просят просто приехать и ознакомиться с возможным вариантом выпуска с нашим участием.
– Ну так поставь им условие, – философски изрёк отец, и я остановилась и воззрилась на него с недоумением.
Он что, предлагал мне действительно пойти на это? Чтобы у Лиды окончательно сформировалось мнение, будто все кругом станут и дальше играть в её игры?
– Какое условие, пап? – устало откликнулась я.
