Ониксовый шторм" — это невероятная приключенческая книга о двух людях из разных миров, которые вынуждены спасти мир от великой опасности. Истинная атмосфера наполняется тайной и ужасом, как только главные герои впервые встречаются. Каждая страница приносит новые загадки и неожиданные повороты событий, заставляя читателей держаться ближе к заключению....
Когда я оглядела открывшийся моему взору пейзаж, мое сердце замерло. Ближайшие к Дрейтусу восточные поля кишели ордами серых виверн, а между сторожевыми постами по городским стенам тянулась тонкая линия из драконов и грифонов.
Противник превосходил нас численностью в соотношении, которое мне даже подсчитывать не хотелось. Впервые я порадовалась, что Андарна решила улететь. Бреннан был гением, но эта миссия казалась невыполнимой.
«Похоже, мы ошиблись в своих оценках».
«Похоже, так оно и есть».
Но никто из осадивших город виверн и не подумал атаковать нас, пока мы спускались, – как не препятствовали они и плотному ручейку беженцев, вытекающему из западных ворот города.
«В скалах заметили Молвика», – предупредил Тэйрн, расправляя крылья, чтобы замедлить наше снижение.
Долбаный Аарик…
«Если он умудрится себя угробить…»
«Молвик летел на юг, в сторону от Дрейтуса». – Тэйрн с отвращением выплевывал каждое слово."
"Что, во имя Амари, он задумал?
«Убегать – не в духе Аарика».
«И не в духе Молвика».
Мы приблизились к северному полю, и Тэйрн выровнял полет.
Вдох. Выдох. Я буквально заставляла себя дышать. Неестественно держать дракона… в плену.
Виверны сидели на тяжелых цепях, которые обвивали хвост Тейна, сковывали его лапы и морду и прижимали крылья к его бессильно изгибавшемуся телу. Каждая цепь была покрыта драконьей кровью, несколько чешуек лежали рядом с ним на земле.
Перед кругом виверн стояла Теофания. Ее серебристые волосы блестели.
Я покрепче сжала луку седла. Я не могла понять, ярость ли это Тэйрна или моя собственная пронеслась по моим венам, но она изгнала из моего тела каждую каплю страха, сомнений и чувства вины – изгнала все, и во мне не осталось ничего, кроме гнева.
Как она, блядь, посмела?
«Она умрет за это», – процедил Тэйрн.
Мы приземлились в десятке шагов от Теофании, всколыхнув зеленое поле луговой травы.
Теофания не осушила поле… пока что, зато задала изрядную трепку моей сестре. Правая сторона лица Миры опухла и окрасилась в фиолетовый, на шее виднелась синяя полоса, по левой руке стекали капли крови, хотя из-за летной формы было неясно, куда именно ее ранили. Алая туника с длинными рукавами и столь же алые штаны Теофании также не шибко помогали с контрастом.
«Согласна.
