Я стояла у двери его кабинета, сердце колотилось в груди. Знал ли Коул о моих мыслях? Как бы я ни пыталась скрыть свое волнение, он всегда чувствовал меня. Передо мной лежала загадочная книга "Опасная красота", которую мне поручили проверить. Внутри могла быть ключ к открытию тайны его строгого обета и того самому потустороннему чувству, которое меня гнало....
Если Итан узнает об этом, я просто не переживу…
— Я попросил мисс Калдер принести из архива кое-какие бумаги по медучереждениям, находящимся в районе Аддерли-авеню, — проговорил Трой, и я заметила у него невесть откуда возникшую папку. — Но она была довольно-таки нерасторопна.
Он положил папку в свой сейф и на глазах у всех закрыл его.
— На будущее, мисс Калдер, если мне что-то от вас нужно, выполняйте это сразу, а не когда рабочий день уже закончился, — не сводя с меня глаз, сказал офицер Трой и повернулся к Шенку.
Я боялась, что голос сорвется, поэтому просто кивнула.
— У мисс Калдер получается слишком много обязанностей, — заметил комиссар. — Архив, стенография, теперь вот еще секретаршей у тебя…
— Пусть три часа работает в архиве и изредка стенографирует, я не против, — со своей всегдашней ухмылочкой отозвался Кастор. — Пока вы новую стенографистку не подыщете.
— Ты, Трой, как всегда, уж больно быстрый, — проворчал Шенк, посторонившись, чтобы пропустить меня. — Заграбастал себе девчонку… Такой ценный кадр!
Комиссар не видел лица своего помощника, а я видела, и мое сердце, которое вроде бы как потихоньку возвращалось к нормальному режиму работы, снова ушло в пятки.
— Ценный, — повторил Кастор Трой, и от его паршивой улыбки мне стало дурно. — О да…
ГЛАВА 6
Исповедь"
"— Монечка, маленькая моя! Опять припозднилась, ну что ты будешь делать? — бабуля суетливо встречает меня в нашей крошечной прихожей, чуть ли не силком отбирая пальто.
Бабушка умчалась на кухню, а я скинула боты и, уже предчувствуя неладное, прошла в коридор, в котором наткнулась на Александра Брента, собственной персоной. Человек, которому я на данный задолжала столько денег, сколько даже представить не могла, был не один, а с целым семейством.
Полноватый молодой человек в очках, его жена — очень худая блондинка в безумных кудряшках, обрамляющих лошадиное лицо, и их отпрыск, светловолосый мальчик лет семи — лицом он пошел в маму, а полнотой — в отца. Он ел батончик-конфету — и рот, и руки его были в шоколаде.
— Квартира, конечно, неплохая, но требует капитального ремонта, — выговаривала блондинка Бренту, не то, чтобы не поздоровавшись — абсолютно не обратив никакого внимания на меня.
