Автор
В ушах Евы застрекулась восклицательная фраза — она стояла, словно замерев, на пороге кабинета. Тонкий лист бумаги перед ней резко изменил сцену: теперь он был центром внимания в темном кабинете, где хозяин оживлено перебирал зубочистку между губами. Воздух вокруг наполнился неясной тревогой и непостижимым悬念。...
Мол, пропустите скорее, нужно очень! Вовремя опомнился: тогда бы вооруженные парни его точно задержали — побоялись бы, что он набьет рожу Богданову.
Пришлось искать ходы. Наконец удалось решить проблему. Через одного приятеля Макс вышел на другого жителя поселка, тот позвонил охранникам и сказал, что Максим Михайлович — его гость.
— Ну вот, а говорили, что к Богданову едете!
— Теперь к нему уже поздно, вы же меня задержали. Завтра в городе с ним встречусь, а пока навещу старого приятеля, — отбрехался Макс.
Шведова пропустили.
— Да в жопу, нахер! — произнес Макс загадочную фразу и полез на ближайший дуб, собираясь использовать его в качестве лестницы.
Зацепился за ветку, и ткань его роскошного костюма затрещала. Жаль, что сегодня опять вырядился в шмотки, купленные Евой, в джинсах и толстовке скакать по деревьям было бы гораздо удобнее.
Повисев на руках и ощутив приятное напряжение в бицепсах и остальных мышцах, Шведов спрыгнул с забора на частную территорию. И в этот же момент увидел, как на площадку перед стеклянной стеной дома выскочила его испуганная блондиночка. Следом коршуном налетел жиробас и перехватил малышку поперек талии, да еще и в золотые волосы вцепился гад, чуть шею бедняжке не вывернул!
Издав угрожающий рык, Шведов бросился к дому.
- Бл***, урод, ты чё творишь, на х**! — заорал он, влетая сквозь стеклянные двери.
Толстяк уже навалился на Еву, а та дергалась, чтобы увернуться от его влажного рта. По лицу девушки текли слезы. Максу словно засадили нож под ребра. Он рванул насильника за шкирку и стащил тушу с Евы, освободил малышку…
Жирдяй не удержал равновесия и упал, а Шведов накинулся на него с кулаками.
— Максим, прекрати, ты его убьешь! — закричала девушка спустя пару минут.
Ей вопль привел Шведова в чувство. Действительно, пора остановиться, а то превратит толстяка в кровавую отбивную.
— Ладно, живи, — буркнул Макс и отпустил противника. Тот завалился набок, как мешок.
Лицо у Богданова было разбито, наверняка он теперь неделю просидит дома. Так ему и надо. Пусть объясняет всем, что пять раз подряд поскользнулся на в ванной.
