Тогда табакерка могла просто выпасть из кармана.
Прюденс так и впилась в него глазами:
— Вы полагаете, здесь произошло убийство?
— Пока еще рано делать окончательные выводы. Но с этого момента расследование приобретает интересный оборот. — Он подошел к окну и откинул тяжелые черные шторы.
Прюденс взглянула на большое окно:
— Трудновато из него выпасть, если, конечно, не стоять на карнизе.
— Да, или если тебя не выталкивают, — уточнил Себастиан.
Прюденс вздрогнула — волна ледяного холода опять окатила ее с головы до ног.
— Или ты не выпрыгнешь сам… Прюденс захлестнула целая буря чувств. Гнев и ужас на мгновение сплелись воедино, и она вздрогнула. Прюденс попыталась взять себя в руки и тут отчетливо поняла, что вовсе не она одна испытывает такие страшные ощущения.
Кто-то еще чувствовал то же самое в этой жуткой комнате. Другая женщина. Прюденс была уверена.
— Прюденс! — Себастиан поднял свечу повыше и заглянул ей в лицо. — Что случилось?
Она посмотрела ему прямо в глаза, всей душой желая, чтобы он ее понял.
— По-моему, сейчас я встречусь со своим первым настоящим привидением.
— Довольно! — Себастиан взял ее за руку и насильно потащил к двери. — Я вас сейчас же уведу отсюда.
— Себастиан, это вовсе не игра воображения. Клянусь вам, здесь произошло что-то ужасное. И я не уверена, что ужасное происшествие имеет отношение к Рингкроссу. Я чувствую здесь присутствие женщины.
— Успокойтесь, моя любовь.
Он вытащил ее в холл. Довольно долго запирал замок, потом быстро увлек ее за собой через холл к лестнице. Прюденс охватило смятение.
— Вы считаете, что я позволила воображению взять верх над моими чувствами?
— Вы очень изобретательная и умная женщина, моя дорогая. Иногда это имеет свои недостатки.
— Слова, слова… Себастиан, в этой комнате произошло что-то ужасное. Может, имеющее отношение к смерти Рингкросса, может, нет, но, клянусь вам, здесь случилось страшное…
— Я не собираюсь с вами спорить, Денси. — Себастиан неумолимо тащил ее по нескончаемому холлу к лестнице.
— Сказать по правде, я не верю в привидения. Кроме того, прежде чем делать выводы, я бы предпочел иметь какие-нибудь неопровержимые доказательства.
— Другими словами, вы считаете, что я стала жертвой собственного чересчур богатого воображения.
— Дорогая моя! Сам факт выбора своим хобби расследование потусторонних явлений говорит о том, что ваше воображение чересчур развито. Не обижайтесь. Вы должны понять, что мое увлечение требует более точного подхода к расследованию.