В глубокой осенней темноте Ирина просыпается от мелких капель дождя. Непривычный, мерцательный свет лампочки окружает ее комнату как холодная пленка, заставляя чувствовать себя словно в таинственном сне. Казалось бы обыденной болью в ногах она понимает, что несчастие уже на пороге......
Когда струя мочи ударила в дно ведра, он воскликнул:
– Кайф! Давай, давай!
Ирина проговорила:
– Извращенец!
Физиономия мужчины расплылась в довольной ухмылке:
– Точно! Чего-чего, а разврат я люблю! Обожаю!
– Заметно!
Ирина вернулась к кровати. Присела. Взглянула на мужчину:
– Как будешь?
Тот вновь ухмыльнулся:
– По-разному, крошка! Начнем в киску сзади. Вставай на колени!
Девушка подчинилась. Она почувствовала, как член мужчины вошел в нее, и безразлично уткнулась лицом в подушку. Близость не доставляла ей ничего.
– Утри дырки, подмывания не будет. И накройся.
Он поднял одеяло, швырнув его на ноги Ирины, пристегнул девушку наручниками к трубе. Пошел к столу. Допил водку. Забрав пустую бутылку, направился к выходу, сказав:
– Лежи пока! Отдыхай!
Ирина попросила:
– Не выключай свет!
Мужчина взглянул на нее:
– Че? Темноты боишься?
– Прошу, не выключай!
– Ладно! Я добрый! Особенно, когда получу что хочу!
Он вышел из комнаты-камеры.
И тут она отчетливо вспомнила, как попала сюда. В эту комнату. И произошло это недавно, судя по погоде. Хотя... может, и не так уж недавно, судя по следам от уколов. Раньше она не употребляла наркотики. До того момента, как двое мужчин не увезли ее из придорожного кафе.
"Не дождалась. За полгода до увольнения его в запас получила очередное письмо. Как всегда с радостью и волнением распечатала конверт. И... оцепенела, прочитав первые строки солдатского послания. Олег просил простить и понять его. Он полюбил другую девушку. Дочь своего командира-прапорщика.
