Автор
Незадолго перед тем, как клиент выпустил руки, Ника поняла: терпение кончено. Им тут же предложили пристроиться в переговорную — где-то в подвале огромного здания. Но только он распустил руки и приказали не трогать Альберта Дмитриевича. Ника сразу напала, пытаясь унять гнев и унижение. Оранжевый доспех с файлами полетел на голову собеседника — весь этот странный балаган начался прямо сейчас....
— Мало ему надавали, нужно было сильнее отлупить.
— Ну что ты, доченька… А мне Лёшку жаль. Какой-то он… раздавленный. Не помню, когда ещё я его таким видела. Он же победитель по жизни. А сейчас выглядит так, будто всё потерял.
— Я так боялась, что он забудет купить подарок дочке, а Егор это заметит, — вздохнула Ника.
— Но Лёшка не подкачал. Он заботливый отец.
— Ну так… Пять лет прохлаждался, теперь можно и побегать. Что-то ты, мама, очень быстро переобулась, защищаешь его постоянно. Мне это не нравится! Ты на чьей стороне?
— Ох, Ника… Как же у вас всё сложно…
***Отец и сын вернулись домой ближе к вечеру.
— Мама, можно я буду заниматься хоккеем? Мы ездили к тренеру! Он папин друг! Он сказал, что у меня офигенные данные! — закричал с порога сын.
Он уже был в шлеме, щитках и с клюшкой в руках. Под курткой обнаружилось сине-белое хоккейное джерси — совсем маленькое, но настоящее, с эмблемой хоккейного клуба и номером.
Малыш не мог устоять на месте, от возбуждения он подпрыгивал как мячик.
— Но папа сказал, что надо спросить у тебя разрешение! Мама, ты разрешишь мне заниматься хоккеем?
— Ну конечно, милый! Я же знаю, как ты об этом мечтал.
Нике было приятно, что Васнецов постарался учесть и её мнение. Конечно, хоккей — чрезвычайно опасный вид спорта, надо быть очень смелой мамой, чтобы отдать в него сына. Но в любом случае первое время Егорка будет просто кататься на коньках.
Личико малыша сияло восторгом, и Ника радовалась его счастью.
— Дахе мы тоже купили подарок, мама, посмотри! — Егорка достал из пакета крошечное хлопковое боди, оно тоже было с хоккейной эмблемой.
— Ах, какая прелесть! — умилилась Ника, взяв в руки детскую вещичку.
Егорка убежал в спальню, чтобы показать свои доспехи сестре и бабушке. А Васнецов так и стоял в прихожей — пройти в комнату Ника его не пригласила.
— Может, чаем угостишь? — поинтересовался хмуро.
Он пристально следил за каждым движением девушки, за каждой эмоцией на её лице.
Ника равнодушно пожала плечами — как хочешь.
Алексей снял куртку и направился в ванную, а Ника с гордым и независимым видом прошла на кухню и принялась накрывать на стол. Она понимала, что было бы великой наглостью выставить за дверь мужчину, который арендует эту квартиру и сейчас фактически оплачивает все их расходы.
— С кем ты подрался? Кого хотел, как ты выразился, наказать? — задала она вопрос, который не давал ей покоя.
— Да так.
