Автор
Незадолго перед тем, как клиент выпустил руки, Ника поняла: терпение кончено. Им тут же предложили пристроиться в переговорную — где-то в подвале огромного здания. Но только он распустил руки и приказали не трогать Альберта Дмитриевича. Ника сразу напала, пытаясь унять гнев и унижение. Оранжевый доспех с файлами полетел на голову собеседника — весь этот странный балаган начался прямо сейчас....
Но и навещать тоже сможешь, возьмём детей и поедем все вместе. Тут ехать-то всего ничего! Главное, подготовь маму, что во вторник она уже ляжет на обследование.
— А скоро Новый год… — растерянно произнесла Ника. — Как же мы его встречать будем? Я привыкла, что мы вместе встречаем… Но мама, значит, будет в больнице в новогоднюю ночь?
— Врач сказал, лучше не затягивать. Но на праздник, наверное, домой отпустят.
Несколько минут Ника смотрела в одну точку остановившимся взглядом. Было заметно, как сильно она переживает.
— Алексей…
— Мм?
— Спасибо, — чуть слышно прошептала Ника. На глазах у неё появились слёзы признательности. — Спасибо за помощь…
— Тебе спасибо, что разрешаешь помочь, не отказываешься, — угрюмо пробормотал в ответ Васнецов.
18
Из краснодарской больницы Алексея отпустили со списком лекарств, но он даже ничего не купил. Отмахивался от замечаний друзей:
— Да отстаньте вы от меня, я в порядке.
— Так, ничего не знаю! — возмутился Денис. — Дай сюда список.
— Не шути с этим, Лёшка, — вставил Богдан. — Человеческий мозг — неизученная территория. Этот жирдяй Жуков очень сильно тебе двинул по башке, ещё неизвестно, что будет дальше.
— Вот-вот, я ему то же самое сказал. — Денис сокрушённо покачал головой.
— Знаете, вы меня уже достали, — вздохнул Васнецов.
…Сегодня три друга договорились встретиться у Дениса дома и ещё раз отметить радостное событие — рождение младшего Одинцова, Романа Богдановича.
Денис и Богдан уже сидели на широкой террасе, отделённой от апартаментов бизнесмена стеклянной стеной с раздвижными дверями. Хозяин и гость завернулись в пледы — погода, конечно, была совсем не декабрьская, но тем не менее. С двадцатого этажа жилого комплекса открывался впечатляющий вид на побережье. Город, как и летом, утопал в зелени, однако на холмах лежал снег. Море стало серо-синим, горизонт застилала розовая дымка.
— Ну и где наш потерпевший? — спросил Богдан. К другу в гости он прихватил бутылку дорогого коньяка и сейчас разливал его по низким квадратным бокалам.
— Написал, что уже вот-вот подъедет. Какие-то вопросы решал по работе. Кстати, Лёшке сегодня не наливаем, ему нельзя. Я почитал, некоторые препараты, которые ему назначили, не сочетаются с алкоголем.
— Думаешь, он начал их принимать?
— Не знаю. Надо нам вытрясти из этого обормота обещание, что он не будет игнорировать лечение. В любом случае, лучше пусть пьёт сок.
