Автор
Незадолго перед тем, как клиент выпустил руки, Ника поняла: терпение кончено. Им тут же предложили пристроиться в переговорную — где-то в подвале огромного здания. Но только он распустил руки и приказали не трогать Альберта Дмитриевича. Ника сразу напала, пытаясь унять гнев и унижение. Оранжевый доспех с файлами полетел на голову собеседника — весь этот странный балаган начался прямо сейчас....
— Привет, — сухо поздоровалась она. По её гордому виду было ясно, что она не собирается мириться с Васнецовым и пришла сюда только из-за бедного ребёнка.
После дикой ночи у Алексея нервы были на пределе. С одной стороны, он очень обрадовался, что Ника пришла, ведь сейчас она ему поможет. Но с другой стороны, он завёлся с пол-оборота, едва увидев её. Мысленно выругался — надо же, какая деловая, нос задирает! Можно подумать, пять лет назад это он ей изменил!
Но сейчас он чувствовал себя очень зависимым от Вероники.
— Возьми её, пожалуйста, — обессилено пробормотал мужчина и попытался сразу же впихнуть малышку бывшей супруге.
— Подожди, куда! — отпрянула та. — Я же ещё руки не помыла!
По пути в ванную Ника с ужасом огляделась. По шикарному номеру будто прокатилась взрывная волна. Везде валяются вещи, диван в пятнах, три сумки посреди комнаты раскрыты и наполовину выпотрошены… А уж сам Васнецов похож на зомби — воспалённые красные глаза, заляпанная футболка, всклокоченные волосы, безумный взгляд…
Что и говорить, Дашенька круто поработала над имиджем папаши!
— Ты её кормил?
— Кормил! Но из неё обратно всё вылилось, — пожаловался Васнецов.
— Давай сюда.
И тут… Даша с судорожным всхлипом сама потянула к Веронике маленькие пухлые ручки. Это выглядело так, словно кроха просила спасти её от этого большого тупого мужика, который всё делает неправильно.
Ника улыбнулась девочке, а горе-папаша набычился.
Сдав детёныша, Васнецов рухнул на диван, со стоном откинулся на спинку и закрыл глаза. Через секунду очнулся, потёр переносицу и взял айфон, чтобы проверить почту и звонки. Он на целые сутки выпал из рабочего процесса.
В открытую дверь ванной Алексей видел Нику. Она склонилась над ребёнком и что-то тихо говорила. Её голос звучал так нежно, так ласково, что у Васнецова всё сжалось внутри. Малышка тоже что-то лепетала в ответ — смешно гулила на своём языке.
«На меня жалуется, — понял Алексей. — Говорит, что плохой, криворукий».
Через некоторое время Ника вынесла из ванной комнаты чистую и притихшую кроху. Устроила её в люльке, а сама приготовила смесь — вода в чайнике была как раз подходящей температуры. Алексей удивлённо покачал головой: когда он сам пытался уложить малышку в переноску, та заходилась в протестующем крике.
