У нас в редакции принято привозить лакомства из командировок, поэтому беру килограмм китайских конфет. Надеюсь, они окажутся хотя бы съедобными.
После Ванфуцзина мы просто гуляем по Пекину. Особо не разбираем путь. Здесь в центре все шумит и светится, как в Москве. Город не спит. Я никогда не уезжала дальше Европы, и это очень необычное ощущение — находиться на другом конце земного шара.
Кажется, что здесь все должно быть иначе, чем в нашем европейском мире, но это не так. Местный колорит присутствует, но тем не менее Пекин — это обычный крупный мегаполис с множеством автомобилей, пробками на дорогах, толкучкой в метро и спешащими по тротуарам горожанами.
Я уже валюсь с ног и мечтаю поскорее оказаться в кровати, но Ярослав говорит, что остался последний пункт нашего маршрута. Мы снова спускаемся в метро и едем несколько станций с пересадкой. Выходим в обычном жилом районе с многоэтажными домами и идем по освещенной фонарями улице.
Яр останавливается у небольшого кафе с панорамными окнами, в которых виднеются посетители.
— Я больше не в состоянии есть, — хнычу.
— Надо!
— Это та самая забегаловка?
— Да. Последняя точка нашего маршрута. Пойдём."
"И он уверенно тянет меня внутрь. Нас сажают за длинный прямоугольный стол у окна. Я даже не смотрю меню. Ярослав делает заказ, и через десять-пятнадцать минут наш стол заставляют огромным количеством блюд.
— Зачем так много? — удивляюсь.
— У китайцев все порции на компанию.
Утка по-пекински, несколько видов креветок, тофу, картофельная стружка, жареная в масле, какие-то салаты… Пробую всего по чуть-чуть. Креветки замечательные. Знаменитая утка по-пекински мне кажется сладковатой. Ярослав был прав, когда говорил, что это не самое вкусное блюдо у китайцев, хоть и самое известное. А вот от картофельной стружки я прихожу в полный восторг. Кажется, ее не сложно приготовить, и я решаю повторить это блюдо дома.
И да, это кафе — самая настоящая забегаловка с обшарпанной мебелью для местных жителей. Но здесь совершенно точно вкуснее, чем в пафосном ресторане, в котором мы обедали с Самойловой.
— У меня уже болит живот, а я не могу перестать есть эти прекрасные креветки, — хнычу.
— Они тебе в Москве сниться будут.
— Как ты нашел это место? Мне сложно представить, что нога российского чиновника может добровольно переступить порог китайской забегаловки.
— Мне это место показала одна местная жительница в мою самую первую поездку в Пекин. С тех пор я всегда сюда прихожу, когда бываю в Пекине.
Я прищуриваю глаза в подозрении.
— «Одна местная жительница», ты сказал?
— Да. Была у меня давно подруга-китаянка.
Ярослав забрасывает руку мне на плечи и притягивает к себе.
— Ревнуешь? — спрашивает на ухо.
Я молчу.