Поднимаюсь, оказываясь частично прикрыта от Макса только остатками густой пены для ванны. Мне больше не страшно быть перед ним оголенной во всех смыслах этого слова. Он снимает душевую лейку и осторожно смывает с меня пену, стараясь смотреть только в глаза.
Помогает выбраться на резиновый коврик. Сам бережно укутывает в большое полотенце.
— Сейчас вернусь.
Уходит из ванной и через пару минут правда возвращается с чистыми вещами и аптечкой. Пока я вытираюсь и надеваю его спортивные штаны с футболкой, Макс готовит все для новой перевязки.
Осторожно обрабатывает стертые в кровь запястья. Снова скрипит зубами, напрягаясь всем телом и тяжело сглатывая. Накладывает повязки, быстро целует меня в губы и выводит из ванной сразу на кухню. Тагги развалился на полу как у себя дома. Маша заканчивает накрывать на стол, скармливая стаффу кусочек ветчины.
— Завтра ты его выгуливаешь, — командует Макс.
— Пф! Да ради бога! — Машка подмигивает Тагги. Думаю, он в надежных руках.
Я есть не хочу совершенно, но мне так нравится атмосфера на этой кухне после всей той грязи, через которую я прошла, что уходить никуда не хочется.
Мне уютно, как в настоящей семье. Короткие перепалки и приколы брата с сестрой отвлекают от тяжелых мыслей. Не замечаю, как легкий греческий салат исчезает с моей тарелки.
Майор отправляет сестру и Тагира спать, а нам наливает по бокалу коньяка. Протягивает мне сигарету и приглашает к окну, погасив свет на кухне.
— Только в виде исключения, — притворно хмурится, помогая прикурить.
Я не спорю. Вообще, кажется, что согласна на все его условия, лишь бы эта реальность не исчезла.
Мы молча пьем крепкий алкоголь с мягким, приятным послевкусием. Синхронно тянем в себя никотин и смотрим во двор.
Отставив свой бокал и потушив сигарету в пепельнице, Макс встает у меня за спиной. Обеими руками обнимает за талию, целует в плечо и кладет на него подбородок.
Так и стоим, пока тепло наших тел снаружи и от коньяка внутри окончательно не расслабляют. Глаза закрываются, зеваем чаще, тихо смеясь друг над другом.
Марьянин снова берет меня за руку и ведет за собой в спальню. В его спальню. Сколько здесь было женщин до меня?
— Никого, — шепчет на ухо Макс, словно прочитав мои мысли, и усмехается. — Даже сестру не пустил.
Решаю не комментировать. Мне в любом случае все равно, но все же немножко приятно. Ложимся под одно одеяло. Я молча прижимаюсь к нему всем телом, обнимая чуть ниже ребер и устроив голову на плече.
