Мрачная атмосфера заполняет пространство: глаза мужчины наливаются кровью, он рычит и готовится к мести. Жена стонает в уголке комнаты. Сюжет разворачивается вокруг внезапной инсценированной убийцы, прервавшего драматический момент.
— До вечера, пельмешка!
Он снова протянул руку, коснулся моей щеки, обрисовал большим пальцем скулу, нижнюю губу, чуть оттянул ее и сглотнул. Выдохнул через нос и сильно сжал зубы. Мне показалось, что его рука дрожала, когда он касался моих губ.
Жека смотрел на меня не моргая. Голодным, почти диким взглядом, напоминая о единственном поцелуе.
По моей коже пробежали мурашки, а в груди заныло. Мы смотрели друг другу в глаза, но никто не решался сделать первый шаг. Казалось, время остановилось, а мир вокруг застыл.
Я машинально свела бедра, сглотнула и первая отвела глаза.
Гений убрал руку, двигаясь словно робот, выровнялся на сидении, прокашлялся и хрипло выдавил:
— Я позвоню.
— Да, — смогла ответить я.
Достала сумку с заднего сидения и неловко выбралась на улицу. Подставила горящее лицо осеннему ветру и на автопилоте побрела к входу в родную альма-матер.
Глава 37
Глава 37
Лиля
На парах, вместо того чтобы заниматься, я витала в облаках и думала о Громове.
Нас тянуло друг к другу какими-то невидимыми магнитами, при его появлении на моем лице появлялось выражение а-ля «Артур, когда в радиусе километра Малинка». Влюбленное и одухотворенное. Вообще, любовь Багрова к его заучке уже стала притчей во языцех и эдаким мерилом чувств для тех, кто был в курсе.
Сердце билось неспокойно уже пятый день — ровно с того момента, как я дала нам шанс стать чем-то большим.
Но сомнения все же оставались. Это недоверие отравляло мне всю романтику, не давая в полной мере наслаждаться своей влюбленностью.
Мы много говорили об этом с Полиной, хотя подруге и самой было несладко, особенно сейчас, когда она болела.
Головой я понимала, что сомнения все портят, а сердцем и телом тянулась к невыносимому оперу. В моей голове словно поселились двое — адвокат и прокурор. Один сыпал доказательствами и обвинениями, а второй с тем же рвением защищал Гения.
Боже, я так скоро умом тронусь!
— Лиля! — мне на плечо легла тяжелая ладонь.
Я вскинулась и только в тот момент сообразила, что пара кончилась, а надо мной нависает Багров. Рядом напряженно стоял Назар и обеспокоенно смотрел на меня:
— Все в порядке?
— Конечно! — согласилась я.
