Мрачная атмосфера заполняет пространство: глаза мужчины наливаются кровью, он рычит и готовится к мести. Жена стонает в уголке комнаты. Сюжет разворачивается вокруг внезапной инсценированной убийцы, прервавшего драматический момент.
— Не стыдно вам, опер из секс-шопа?
— Стыдно, Лилечка, это когда Ромыч жене сказал, что летит в Магадан, самолет упал, об этом рассказывают в новостях, а он у любовницы.
— Что тебе от меня нужно? — не выдержала она. — Не буду я с тобой спать, гопник-ловелас, не буду! Понимаешь?
— Мне и не надо, — ровно ответил я, — я, может, влюбился с первого взгляда. Пошли на свидание?
— Если ты мне сейчас начнешь петь, какая я особенная, снова будешь лицом столешницу полировать, пикапер в погонах!
— Лилечка, я не умею петь! — снисходительно сообщил я.
— Вилочку не передашь?
— Держи! — я протянул ей вилку.
— Маловата для того размера лапши, которую ты мне на уши вешаешь.
— Я честен как никогда! — захлопал я ресницами. — Хочешь, докажу?
— Докажи.
Все, пельмешка, попалась! Ты моя!
— Могу стать твоим джином, — азартно предложил я, — и исполнить три твоих желания! Любых!
— Лучше стань моим Гераклом и соверши двенадцать подвигов!
— Хоть сейчас! — легко махнул я рукой.
Она серьезно задумалась, явно просчитывая варианты. Я медленно завел руку за спину и достал наручники. Те самый, из секс-шопа. Потому что покажи любой женщине это чудо, и она непременно захочет им воспользоваться.
Лилечка не разочаровала. Протянула руку и сменила тон.
— Наручники…
Последней мыслью, перед тем как я завелся, было то, что у мастера руки явно росли из нужного места, потому что с ходу от настоящих секс-шопные не отличишь!
— Хочешь воспользоваться? — приподнял я бровь.
— Да боже упаси, вдруг по ним твои микробы гуляют туда-сюда."
"Она вернула игрушку на место и отвернулась:
— Ладно, фея из убойного отдела. Совершишь двенадцать подвигов в мою честь — пойду с тобой на свидание. Засыпешься хоть раз — отстанешь сам!
— По рукам! — быстро согласился я.
Поймал ее ладошку, пожал и развернулся к обалдевшим пацанам, мол, учитесь, пока я жив.
— Два свидетеля! — пояснил для пельмешки.
Сдавайся, Цветочек!
— Ладно. И вот тебе, майор Чингачгук, самый сложный подвиг… Воздержание. Полное. Месяц никакого секса. Ни с кем!
— Цветочек, ты иди моему начальству скажи, что секс на ближайший месяц для меня табу, а? Ты будущий генеральный, тебя послушают!
— Сам, Евгений, сам!
— Ну сам так сам! Понял, первый подвиг — воздержание.
