Свежий дождь свечет на мокрых асфальтовых дорожках, лужи поблескивают отликом уличных фонарей. Вдали слышится тихий шаг одного из участковых в форме под влиянием алкоголя и усталости. Это Кашин, возвращающийся домой после ночной рутинной проверки территории.
»
— Где сейчас Кашин? — вслух спросил я.
— И-ик… Отдыхает после смены, — Арлин жадно покосился на сейф и непроизвольно сглотнул, дернув кадыком. Майору не терпелось «добавить».
— Вызови его сюда, передай мне с рук на руки, а потом лакай сколько влезет, — разрешил я и, не удержавшись, добавил: — Синюшник хренов!..
* * *Едва жирная туша участкового протиснулась в кабинет, я в упор осмотрел его потную физиономию, отметил мелкое подрагивание конечностей и мысленно вынес вердикт: «Виновен!»
— Отныне ты, Сла-и-ик, подчиняешься ему, — пьяно ухмыляясь, объявил Арлин.
— Твой начальник абсолютно прав, хотя и не совсем трезв, — ласково подтвердил я. — Ну-с, а теперь идем, мой хороший. Сергею… э-э-э…
— Михайловичу, — испуганно подсказал Кашин.
— Точно! Сергею Михайловичу нужно отдохнуть после напряженной умственной работы. Давай топай на улицу!
Даже не спросив зачем, участковый поспешно вывалился в коридор.
— Арестовали?! На Лукьянку повезете?! — завидев нас, не поленился выползти из дежурки давешний «труп». Смерив его холодным взором и не удостоив ответом, я подтолкнул участкового в спину.
— Шагай веселее!
«Точно, арестовали! — отразилось в тусклых глазах дежурного.
— Садись! — указав лейтенанту на переднее сиденье, процедил я. — Поаккуратнее, блин! Не раздави…
— Открой окно, от тебя воняет, — устроившись на водительском кресле и выехав на ожившую улицу, продолжил грубо командовать я.
Но не подумайте, уважаемый читатель, я отнюдь не хам! Просто, будучи уверен на девяносто девять процентов в виновности Кашина, я загодя начал подготовку к психологическому прессингу. Сперва, естественно, определив психотип «объекта». Откровенно говоря, это не составило большого труда.
