Соображает, как робот, только в том случае, если ему что-то скажешь. Вновь прибывшим приготовили комнату. Хозяйственные дела в лагере решают «лопухи», так Халил зовет строителей. Он их подгоняет, как рабов, с презрением военного человека.
– Завтра еще четыре человека прибудут с утра. Надо место готовить, – распорядился одноногий.
– Слышал? – спросил Халил «лопуха». – Бегом...
Вновь прибывшие ушли в другой корпус, в свою комнату, но устраивались недолго – видно, что люди походного толка, – и скоро там погас свет.
– Мария когда вернется? – спросил я.
– Не говорит. – Халил смешно пожал плечами, словно не плечи поднимал, а голову в них опускал. Зрительный эффект очень короткой шеи.
Мне уже этот «хвост» надоел, как таможеннику Верещагину паюсная икра. Сам говорит мало. Только по делу. На вопросы он предпочитает отвечать осторожно. Интеллектом его бог не обидел, может, и институт закончил. Обмануть его трудно.
Я посмотрел в окно на корпус, куда отвели новых членов отряда, и опять потянулся.
– Мне бы тоже поспать завалиться...
– Ах да, я совсем забыл... Мария сказала, что есть запасной ключ. Велела тебе комнату открыть.
Мы пошли в другой корпус. Не в тот, куда поместили одноногого с напарником, чуть дальше. Интересно. Мария велела комнату открыть. Но закрывать ее за мной она тоже велела? Впрочем, какой в этом смысл, если на окнах нет решеток.
Расположение маленькой комнаты в стандартных корпусах тоже стандартное. И я сразу определил, где находится окно. Под окном сугроб. Нетоптанный. Без звука не подойдешь. Это хорошо. Если кто-то пожелает за мной подсматривать, то я услышу скрип снега.
Халил достал связку ключей, долго искал тот, который дверь откроет, наконец нашел. Зажег свет.
– Располагайся. Чистая постель в шкафу. Эту на нижнюю полку убери.
Халил посмотрел на меня долгим взглядом, сузив глаза. Должно быть, этот факт для него болезненный.
– Он уже здесь не живет.
– С машины? Которых перестреляли?
– Нет. На машине был приемный сын одноногого Мусы. И с ним наш Али.
– Понятно. А этого как звали?
Я сам догадался, что здесь спал парень, которого Столыпин выбросил из окна.
– Будем надеяться, что меня Исмаил из окна не выбросит. Да здесь и этаж не тот...
Халил тему не поддержал.
– Располагайся. Я пошел к Али. А то проснется. Пить будет просить...
Он ушел и дверь на ключ не закрыл.
А где-то продолжала каркать ворона. Не то чтобы постоянно, но с регулярными промежутками, словно соблюдала странный ночной дежурный график.
