Киево – Ломакино – Шутово – Орлянка – 152-я дивизия; правее 152-й – Богородицкое – Мартюхи – Маслово – Лешутиха – 50-я; от Лешутихи до Богданово и далее Касня (исключительно) – 18-я дивизия; станция Касня – совхоз Бровкино – 89-я; Бровкино – Шаховка, железная дорога Москва – Вязьма, старая Смоленская дорога – Сосновка – 248-я, Сосновка – Минское шоссе – правый берег Жижала – Ермолинка – 129-я; далее по берегу Жижала до западнее Дуброво – 73-я; от Дуброво по правому берегу Жижала – Бариново – Новиково – Горы – Красино – 29-я; Красино – левый берег Угры – Станино – Дмитровка – отметка 176,7 южнее Неонилово – 19-я дивизия; отметка 222,0 восточнее Лядное – Карпово – Коньшино – Вешки – 309-я; Вешки – Ходнево – Андрияки – Дроздово – 214-я дивизия. Далее от Коптева до Путьково оборону держали три полка НКВД с «союзниками», как высказался комиссар. Тут по прямой было 20 километров, но Рокоссовский был уверен, что в реальности фронт обороны наверняка получается вдвое больше. Тем не менее на этом направлении пока было тихо.
Ширина участков обороны дивизий были в пределах нормы – 10–12 км. Поэтому оборона строилась в два эшелона. Доклады о состоянии сил и средств подходящих дивизий штаб его армии получил своевременно и, исходя из этих данных, сделал расчеты, на основании которых и распределялись участки обороны. Но тут неожиданно в дело вмешался комиссар. Цанава положил на стол перед Рокоссовским пачку белых листов с текстом, напечатанным удивительно ровным и безукоризненным шрифтом с подробными характеристиками командиров передаваемых ему дивизий. В конце каждой характеристики был напечатан краткий вывод. С таким оформлением бумаг генерал еще ни разу не сталкивался.
Кроме этого, напротив некоторых фамилий прямо стояла формулировка – «в распоряжение представителя Ставки». Таковыми оказались командир 144 сд генерал-майор Пронин, 134 сд Герой Советского Союза полковник Зашибалов, 244 сд полковник Красноштанов, 166 сд полковник Додонов и 101 мсд Герой Советского Союза полковник Михайлов. Просмотрев характеристики, Рокоссовский понял, что у него забирают лучших комдивов. Но оспорить это было вряд ли возможно.
Пришлось снова пересматривать уже не список подходивших дивизий, а командиров, которым следовало принять под управление участки обороны, исходя из характеристик и выводов по ним, сделанным кем-то для комиссара. Оспаривать мнение этих неизвестных Рокоссовский не мог, потому как не обладал информацией по большей части персоналий. Он знал лишь своих бывших комдивов. Кстати, именно по ним его мнение совпадало с выводами неизвестных.