Далее личному составу надлежало убыть в распоряжение штаба 20-й Армии, расквартированного в Хватове Заводе. Зачем 20-й Армии нужна была батарея без техники, Флеров не представлял. И пеший марш до места назначения, напрямую по карте в сорок километров, а фактически не менее шестидесяти, настроения не улучшал. Командир, принявший технику батареи, вошел в их положение и дал команду своим водителям транспортных машин, их же бывших, отвезти батарею.
Таким образом, примерно через два часа батарея была остановлена постом подразделения охраны тыла в окрестностях Хватова Завода. Причем это уже был второй пост. Первый был в Соколово, и там был не просто пост, а хорошо укрепленная позиция, где занимала оборону рота пограничников.
На этом посту пришлось стоять минут тридцать, пока не подъехала «эмка» с подполковником из штаба артиллерии 20-й Армии и нескольких сотрудников особого отдела, которые тщательно сверили личный состав со штатным расписанием и заставили всех расписаться в бумагах о неразглашении. Чего «не разглашать», Флеров пока не увидел. Машины тотчас отправились обратно. А батарея, уже в пешем строю, отправилась дальше. Их встретили на окраине деревни и провели к большой палатке, где в три захода всех покормили обедом. А затем… затем была баня. Причем большая, куда заходили взводами. И там было хорошее, приятно пахнувшее мыло, горячая вода в душе. Не было парной, но и это все перечисленное было давно уже роскошью. А потом выдали новое белье, в том числе зимнее, новые кирзовые сапоги, ватники и шапки-ушанки с рукавицами и валенками. И еще в палатке при бане трое бойцов быстро работали электрическими машинками для стрижки. Полный моцион! Флерову, еще не знавшему, что их ждет, начало нравиться в 20-й Армии.
Уже в сумерках, когда закончили все процедуры, тот же подполковник, развернув карту-двухкилометровку, ткнул пальцем в хутор Советский, лежащий примерно в полутора километрах южнее Хватова Завода, и сказал, что это база их полка. Поэтому, получив сейчас сухой паек, им следует выдвигаться туда, и капитану Флерову надлежит организовать там службу в полевом лагере. А завтра ему сообщат о дальнейших действиях.
Через полчаса батарея, распихав сухпайки по сидорам, нестройной колонной двинулась через Хватов Завод. После плотного обеда, бани и в зимней форме чувствовалось себя гораздо лучше. Даже чувство обиды за отобранную технику куда-то ушло в глубины сознания, отодвинутое надеждой, что все ж это неспроста. Батарея еще повоюет! Вот чем, где и когда, было непонятно, но капитан решил довериться народной мудрости о вечере и утре! Настроение и у Флерова, и у подчиненных значительно улучшилось. В колонне слышался приглушенный смех и шутки. Флеров с интересом рассматривал деревню.