На карнавале Аквадораты под маской может скрываться кто угодно — от древних вампиров до самого дожа. Благородная дона Филомена решает испытать судьбу и отправляется в поисках любви и приключений. Но маскарад таит опасные секреты, способные перевернуть её жизнь.
– Да и вообще, возлечь с девицей, мечтающей об объятиях другого? Я, по-твоему, кто, насильник?
– Тогда зачем весь этот маскарад? Комиссия, птичья кровь?
– Затем, драгоценная супруга, что чудом – подарком моря – я собираюсь пользоваться на полную катушку и в целях, которые твою юную головку интересовать не должны.
– Ты дашь мне развод?
– Да.
– Когда?
– Когда чудо протухнет и перестанет приносить мне пользу. Я лично покаюсь перед Советом, ты поплачешь, достойный Эдуардо… тоже что-нибудь сделает, чтоб убедить достойных патрициев в своей безмерной любви. Спектакль сработает, не сомневайся. А пока, будь любезна, изображай счастливую новобрачную. И если твоя игра будет достоверна, клянусь, я сам вложу твою холодную лапку в руку синьора да Риальто.
– Почему я должна тебе верить?
– Я поклялся.
– А если ты передумаешь, если завтра или через неделю твое мужское естество попытается со мной возлечь?
Чезаре расхохотался:
– Милейшая синьорина Саламандер-Арденте, к услугам моего мужского естества сотни синьор и синьорин благословенной Аквадораты, и ни одна из них не извергала на меня потоки рвоты… – Он запнулся, будто припомнив подробности. – Не важно! В общем, Филомена, даже если, к моему ужасу, в игру вступит твое женское естество, в существовании которого я пока не уверен, тебе придется очень постараться, чтоб тишайший Муэрто одарил тебя своим вниманием.
Дож запахнул халат и распахнул двери спальни.
– Донна да Риальто, – кивнул он Мауре, – вашей госпоже надо принять ванну. Донна Маламоко, проводите меня.
Карла бросила на меня вопросительный взгляд, я пожала плечами. Щеки горели от стыда и обиды.
– Встретимся у гондолы, Таккола! – Подруга ринулась ко мне, за ней, пропустив в дверях дожа с синьориной Маламоко, вошло пятеро горничных, нагруженных одеждой.
– Заприте дверь. – Командирша принялась за дело. – Лу и Чечилия, в ванную, готовьте воду. Констанс, займись платьем, Ангела, постельное белье в стирку, Инес, помоги мне поднять донну догарессу.
– Или простыню прикажешь сжечь? – шепнула Маура, придерживая меня за плечи.
– Кровь куриная, – одними губами ответила я.
– А девушки настоящие. – Панеттоне украдкой зевнула. – Я подбирала их всю ночь.
– Прошлые уволены? – На ватных ногах я шла к ванной, и девушки придерживали меня за локти.
– Да. – Маура помогла мне опуститься в воду и подложила под затылок свернутую валиком ткань. – Страшно представить, какое змеиное гнездо свилось в личных покоях его серенити при попустительстве управляющего. Уволены все.
