На территории монастыря, Тайный Приказ внимательно наблюдает за каждым шагом. Времени не теряют: Кудеяр, опасный разбойник, держится в тени уединенного двора. Надежды на его появление под Ростовом ожидается от царя, и теперь это мониторинг за каждым движением Кудеяра становится приоритетом....
Черт, душно что ли — башка кругом идет…
Видимо, сила Рылея действовала и на них тоже, и чем ближе они к нему приближались, тем сильнее. Через несколько шагов охранники начали спотыкаться. Росс из неосвещенного угла наблюдал за ними сквозь призму расплывающейся реальности. Уверенности в том, что если придется стрелять, то он попадет не было. Но стрелять не потребовалось. Если опричник с трудом переносил телепатическое воздействие темного монстра, то два молодых парня, у которых за спиной не было ничего, кроме училища федеральной службы охраны не могли выдержать его в принципе и через несколько шагов рухнули, как пьяные нечленораздельно мыча и держась за головы.
Шаря по стене, на ощупь Ростислав нашел потайную дверь, ведущую к Кремлю, и приложил к замку руку с браслетом. Дверь послушно приоткрылась.
Опричник перевел дух. В ушах звенело, будто кто-то бил в колокол прямо у виска. Картинка перед глазами превратилась в размытое изображение и перетекала с одного угла в другой и только что открытая дверь словно растворилась.
— Ты опоздал, опричник, — сказал ребенок, и голос его звучал, как скрип несмазанных колес.
Росс не ответил. Он знал — это ловушка Безликого.
— Он уже здесь, — мальчик указал пальцем в пол.
Бетон под ногами дрогнул. Из щелей между плитами полезла мгла — черная, тягучая, с мертвенным оттенком. Она также стекала по стенам, собираясь в пульсирующие лужи.
— Где вход? — прошипел Ростислав.
Мальчик рассмеялся. Его рот растянулся до ушей, обнажая игольчатые зубы.
— Вход там, где с другой стороны выход, опричник. Но ты его не найдеш-шь."
"Росс рванулся вперед, выхватив меч. Удар меча в мальчика пришелся в пустоту. Остался только его скрипучий, как у старика, неестественный смех. И в тот же момент изображение в глазах расплылось словно в тысяче выгнутых зеркал и перед ним появилось множество дверей, перетекавших друг в друга.
