У нашей группы хороший потенциал, мы уже превосходим многих противников. Если мы доберемся до места и там создадим базу, то сможем спасти гораздо больше людей. И детей, и стариков. Именно на таких ядрах будет строиться мир. А если каждое ядро начнет косячить, что будет? Мы все погибнем, а орки и другие враги со временем перебьют остальных.
Ксения резко обернулась, слезы еще стояли в ее глазах, но лицо было сосредоточено.
— А у тебя есть близкие?
— Родители умерли… Из самых близких — бабушка, на даче за Можайском.
— Это же не очень далеко?
— По прямой отсюда километров двести.
— Долго рассказывать, — я перевел взгляд на голубое небо за окном. — Если в двух словах, мою маму убили, а отец, не найдя преступников, передал меня бабушке и покончил с собой… Да, бабушку я люблю… и кроме нее, у меня никого нет, но… у меня свой взгляд на жизнь.
— Тебя она вырастила?
— Нет, мне было двадцать два, когда умер отец, он предупредил меня о своем решении…
Девушка смотрела на меня, широко раскрыв глаза.
— Ксения, реально долго рассказывать…
Мы замолчали и стояли друг напротив друга.
— Ты не бежишь спасать бабушку, потому что это нерационально? — наконец спросила она.
— Да. Она или сразу умерла, или имеет такие же шансы, как и все остальные. До нее двести километров, если через центр Москвы пилить, если более-менее в объезд — четыреста. Шансов угробить группу гораздо больше, и как потом всем объяснять, почему пошли за ней и не пошли за их родными? В конечном итоге это решение привело бы к гибели всех нас. А так есть шанс… даже на то, что я когда-то ее снова увижу.
— Я хорошо знаю теорию вероятностей. Как писал один фантаст — может быть, что весь наш мир — это видение растения, перевариваемого в желудке травоядного динозавра на далекой планете, чей желудочный сок является галлюциногеном. Так что встреча с бабушкой, да и с моими родителями — вероятна.
Губ Ксюши коснулась легкая улыбка.
— Кого ты можешь взять?
— Из тех, кого я привела. Кого ты можешь взять?
— Ты ценный член отряда, я на тебя рассчитываю и на многое готов ради тебя, но есть и здравый смысл. Можно объяснить другим, почему нужно взять шестилетнюю девочку: это твои связи, да и не готовы мы пока бросать детей на смерть. Можно объяснить, почему мы берем ее прадеда: девочке будет спокойнее с ним, да и в случае, если он вдруг выживет и помолодеет, он может пригодиться.
