В небе над головой раздается треск оружия, а на земле вокруг них творится хаос. Все там будем действовать – нет времени думать, нужно пробить щит этой крысы. Ты прицеливаешься, нажимаешь на спуск и чувствуешь сильные толчки от взрыва, отводя взгляд от устрашающего зрелища. Agent тоже не стоит без дела и выстреливает тебе в грудь, и ты ощущаешь резкий pinch через футболку — ранение насквозь....
Опять Жрец пошаманил, когда я спал…
Владимир Андреевич подводит меня к снятой телефонной трубке, которая располагается в коридоре, и удаляется к себе в кабинет. Я беру её и какое-то время медлю, думая, что сказать Кате…
— Сколько лет, сколько зим! — вырывается у меня.
— Коля? Это ты? — спрашивает она.
— Естественно. Ну как ты там? Всё нормально?
— Да, у меня всё хорошо… — она делает паузу. — Ты прости, что так получилось… Мне пришлось уехать, и выбора не было.
— Понимаю. И где ты сейчас находишься?
— Я… Я не могу сказать… Даже если бы захотела, — Катя тяжело вздыхает.
— Опять на секретной даче?
— Ага…
— Ну хоть не горы? — я хихикаю.
— Нет, лес… Кругом бесконечный лес.
— Ясно, ясно, — наступает неловкое молчание. — Эм… Какие планы у твоего дяди? Он поделился?"
"— Он не сказал напрямую, но дал понять, что Император засиделся и позволил себе лишнего. Коля… Мне кажется, он хочет его свергнуть… — шёпотом произносит Катя.
— Как интересно! А ты ему зачем? Планирует посадить тебя на престол, а затем стать кукловодом и дёргать за ниточки?
— Чего?.
— Я-то это знаю, прости если обидел… Но вот знает ли это твой дядя?
— Ну… Он ведь родной мне человек, и мама ему верит. Он нас не обидит.
— В этом я не сомневаюсь, просто хочу убедиться, что у тебя всё будет хорошо.
— За меня не переживай. Как я поняла, вместе с моим дядей от Императора отреклись многие преданные люди. Это ведь и была наша цель — подложить старику свинью.
— Рад это слышать, — нагло вру, ведь понимаю, к чему всё идёт на самом деле. — А я могу как-то с ним связаться? Обсудить стратегию, так сказать…
— Прости, но у него сложилось негативное отношение к тебе… — Катя не скрывает, что грустит. — Но когда всё это закончится, мы сможем быть вместе. Я в этом не сомневаюсь.
— И чем же я ему насолил?
— Тут дело не в тебе лично… А в твоём отце… Я толком ничего не поняла, но, вроде как, твой отец позвонил моему дяде и попросил об услуге, которая едва не погубила его карьеру.
— Кажется, я догадываюсь, о чём идёт речь… Ладно, переживу.
— Прости, я больше не могу разговаривать. Позвоню, как будет возможность. Скучаю, — говорит она и бросает трубку.
— Значит, дядя? — разговариваю сам с собой. — Вышел из тени и решил поучаствовать в большой игре? Что ж, надеюсь, ты не перейдёшь мне дорогу, дядя с драконом…
Кладу трубку и спускаюсь на первый этаж.
