В небе над головой раздается треск оружия, а на земле вокруг них творится хаос. Все там будем действовать – нет времени думать, нужно пробить щит этой крысы. Ты прицеливаешься, нажимаешь на спуск и чувствуешь сильные толчки от взрыва, отводя взгляд от устрашающего зрелища. Agent тоже не стоит без дела и выстреливает тебе в грудь, и ты ощущаешь резкий pinch через футболку — ранение насквозь....
Там тоже есть проблемы, но они несравнимы даже с нашими, не говоря уже про Москву.
— В целом ситуация печальная, но радует, что мы сможем извлечь выгоду, — наблюдаю за окном роддом. — А вот и приехали. Пора снимать кино!
Мы подъезжаем и вываливаемся из «Крузаков». СБшники выгружают алхимическое оборудование, Элиан им помогает, а мы с Лилией и Петром Николаевичем идёт внутрь.
Там нас уже встречает главврач, по ней видно, что она меня боится, и это хорошо. Я попробовал пряник, но он не сработал, поэтому в ход пошёл кнут.
— Ведите, — приказываю я.
— Прошу за мной, Ваше Благородие, — она идёт первой. — Три ребёнка ожидают в разных боксах.
— По поводу первого, который уже «излечился», — делаю особый акцент на последнем слове. — Отдайте его матери и скажите, что вам героически удалось спасти жизнь этому карапузу.
— Хорошо… А с остальными что делать?
— Один нужен для съёмок, второй для экспериментов."
"— Съёмок?
— Ага, — я киваю. — Вы только представьте, сколько жизней мы спасём! Лечение найдено! Медицинские организации Империи должны об этом узнать!
Она смотрит на меня с подозрением, да и хрен бы с ней, ведь правду ей знать не положено.
— Пётр Николаевич, — говорю ему на ухо. — Как закончим, выставьте наружное наблюдение и поставьте прослушку. Нельзя, чтобы она кому-то что-то сболтнула.
— Слушаюсь, — шёпотом отвечает он.
— Вот первый мальчик, который выжил, — врачиха показывает на младенца, а я пытаюсь сдержать смешок.
— Попросите назвать его Гарри, — всё-таки говорю я.
— Что, простите? — удивляется врачиха.
— Передайте матери, чтобы назвала сына Гарри. Можете сослаться на меня.
— Эм… Хорошо…
По-хорошему не стоило этого делать, но я ведь спас жизнь этому ребёнку, поэтому имею право дать ему имя. Ведь если бы не я, называть его не пришлось бы вовсе. Лучше живой Гарри, чем мёртвый «Ваня».
— Это второй, а сразу за стеной третий. От меня ещё что-то нужно? — спрашивает женщина.
— Конечно! Несите две сыворотки от пурпуры и одну для определения магических способностей.
— Вы хотите дать им её?.. — с тревогой в голосе вопрошает она.
— Насколько я помню, вы сами на этом настаивали пару дней назад, — подкалываю её. — Меньше спрашивайте, больше делайте.
— Хорошо, Ваше Благородие, сейчас всё принесу… — она уходит, а я начинаю объяснять Лилии свою задумку.
