Автор
Вдали за пределами видимого мира, двух всадников преследовали трепет и безмолвие. Голубое небо неукоснительно расстилалось над белой тропой Дип-Крик, протянувшейся бесконечно вдоль просторной равнины, покрытой густыми коврами травы и с разбросанными по сторонам деревьями....
Он сощурился на солнце, затем повернулся и пошел вверх по лестнице в свои комнаты. На верхней ступеньке он взглянул на огромные старые часы. Было двадцать минут третьего.
Когда Коллин вошла в комнату, судья Райли посмотрел на дочь. Он запечатывал письмо, которое только что написал.
— Ты хотела поехать на Запад, Коллин, — сказал он спокойно. — Надеюсь, ты не сожалеешь.
— Есть причина, па. Может быть, лучшая причина, чем я думала."
"— Будет славно возвратиться назад, — сказал он задумчиво. Затем положил руку на письмо.
— Тебе не следовало этого делать.
— Ты не захочешь оставаться здесь после всего, а мне хочется…
— Па, — прервала она, положив ладонь на его руку. — Никуда я не поеду. Я остаюсь здесь… на ранчо «Би Бар».
Его глаза нашли ее, лицо Коллин сохраняло улыбку, несмотря на бледность.
— Здесь мой дом, па. Я хочу остаться… с ним.
Судья Райли сел.
— Он хороший человек. Намного лучше, чем Джад Девитт. Но, Коллин, — он качнул головой в сторону улицы, — он должен сделать это.
— Он мой мужчина и будет моим мужем. Что бы он ни сделал, ничто не изменит это.
Судья Райли с минуту смотрел на письмо, затем заколебался. Если Клэя Белла убьют…
Казалось, она поняла, о чем он думал. Она гордо подняла подбородок и сжала губы. Потом улыбнулась ему.
— Порви его, па. Мы остаемся.
Судья Райли взял письмо, написанное с таким душевным трепетом, разорвал его надвое и выбросил обрывки в корзину для бумаг.
Об оконное стекло билась огромная муха. На улице хлопнула дверь… Они ждали и слушали…
Глава 19
Двадцать пять минут третьего Клэй Белл сошел вниз по лестнице и заказал в ресторане чашку кофе.
За столом он сидел очень тихо, обдумывая свой план. Он сжал и разжал пальцы правой руки и попробовал поработать плечом. Рука больше не болела, рана не давала о себе знать. Суровая жизнь и здоровая пища скотовода быстро побороли слабость от ранения.
Он медленно пил кофе, и когда чашка наполовину опустела, скрутил сигарету.
— Стэг у амбара. Килберна не видно.
— Спасибо.
— Я думал об этом.
Он курил, и обдумывал ситуацию. На время поединка Джада Девитта можно было исключить из общей картины. За ним присматривал Шорти, а с Шорти шутки плохи.
В уме он представил путь, который пройдет Стэг от конюшенного амбара. Он знал о намерениях Харви, тот рассчитывал убийство с хладнокровной тщательностью.
