Автор
В ночной тиши старый городишко жил его мир — лицемерие и предательство. Здесь она стояла, дышала чистым воздухом, решая важнейшие судьбоносные вопросы: как жить дальше? Как из этой грязной жизни выбраться? Взглянув на спокойное озеро — будто волшебный зеркало действительности. Это — Ощупью в полдень, где любое движение может свести с ума....
Похоже, «Ощупью в полдень» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Дела мои, как ты говоришь, швах!
Лебединский сильно хлопнул его ладонью пониже спины:
– Ну-ка, морж, встряхнись! Давай тяпнем этого французского барахла, поболтаем, сгоняем в шахматишки – и жизнь покажется нам краше и нарядней…
Лебединский лежал на диване, Стас уселся в глубокое кресло рядом, между ними на столике шахматная доска. Сбоку, на стуле, бутылка и рюмки. Коньяк не брал Стаса совсем, но все вокруг казалось горячим, влажным, лишенным четких очертаний. «Как в парилке», – додумал Стас и сказал:
– Устал я, Сашка, очень.
– М-да, тут даже вся моя диагностическая лаборатория не поможет…
– Ты знаешь, Саш, я ведь в этих вопросах всегда очень строг к себе. Но тут я даже казнить себя не могу – факты настолько четко выстраивались в логическую схему, что я и сейчас не представляю, с чего начну в понедельник.
Лебединский сказал:
– Старик, я в этих вопросах плохо понимаю.
Тихонов кивнул.
– У тебя, Стас, для такого запутанного дела было слишком много фактов.
Стас удивленно взглянул на него.
– Да, да, – Лебединский встал с дивана, прошелся по комнате, включил телевизор. Медленно затеплела трубка.
– Постараюсь объяснить на близких мне понятиях. На симпозиуме выступил с очень интересным докладом француз Шавуазье-Прюдом. Он предложил, ни много ни мало, принципиальную схему электронной машины, полностью моделирующей человеческий мозг.
