Криминальный роман о работнике МУРа Вадиме Орлове, который расследует ограбление музея. В преступлении замешаны уголовники, искусствоведы и иностранные бизнесмены. Герою предстоит распутать сложную паутину интересов и найти истинных виновников в московских осенних переулках.
Он был самый молодой, но тем не менее постоянно был в курсе всех слухов.
— Не придет Кафтанов, — продолжал он. — Андрей Петрович был против назначения Кривенцова, поэтому и нашел предлог, сказал, что уезжает на территорию.
— Ох, Алик, — Корнеев бросил сигарету, — не доведет тебя твоя осведомленность до добра.
— Вы что, не верите мне, Игорь Дмитриевич?
— Да верю, Алик, верю.
И тут Алик заметил, как вдруг неожиданно изменилось лицо Корнеева. Он стоял и смотрел в глубь коридора, по которому шел полковник Громов: элегантно-улыбчивый, демократичный, свойский. Он вежливо со всеми раскланялся и скрылся в кабинете Кривенцова. Вскоре туда пригласили всех.
Офицеры по старой привычке заняли каждый свое место. Только Корнеев, как всегда, не сел за приставной столик, а остался стоять, прислонившись к стене."
"— Товарищи, — Громов оглядел собравшихся строгим, но вместе с тем каким-то покровительственно-отеческим взглядом, — я хочу представить вам Станислава Павловича Кривенцова, нового начальника вашего отдела. Подполковник Кривенцов в органах не так давно, но за его плечами большой опыт комсомольской и партийной работы, а также службы в советском аппарате.
Громов помолчал, ожидая вопросов. Их не последовало. Тогда он предложил:
— Я вижу по вашим лицам, что некоторые не согласны с таким решением вопроса. Да, подполковник Кривенцов в уголовном розыске не работал. Но у него есть главное — умение руководить, претворять в жизнь те решения, которые будут приняты. А такие люди ценятся везде. У меня все.
При этих словах Громов покинул кабинет.
В комнате воцарилась тишина.
Первым ее нарушил Кривенцов:
— Я тут на досуге полистал дела, которыми вы занимались. Не порадовали они меня, так сказать. Много нераскрытых. Сроки нарушены. Это и показатели. С такими цифрами, так сказать, наверх не пойдешь. С этой безответственностью пора кончать. Всем даю срок десять дней. Мобилизуйтесь, найдите внутренние резервы. И хватит этой порочной практики. Руководство страны прямо говорит, что нет у нас ни наркомании, ни проституции, а рост преступности, так сказать, стремительно падает. А у нас в отделе что? Придут товарищи, так сказать, посмотрят. Не столица развитого социализма, а Чикаго. Пора с этим кончать.
В коридоре к Игорю подошел опер Борис Логунов.
— Ну, что скажешь? — спросил он.
— Наплачемся мы с ним, — ответил Корнеев.
— Да разве это главное, Игорь?
— Ты прав, этот руководящий сноб будет всячески мешать работать.
— Я хочу рапорт, Игорь, подать о переводе.
