Я откланялся, ещё раз облобызав вельможные ручки, и спустился вниз по залитым утренним светом мраморным ступеням прямиком в роскошный холл.
— Давно собрались? — удивило меня расположение верных соратников на тех же местах, где я их оставил.
— В смысле? — подозрительно прищурился Волдо.
— Вас что, не разместили на ночлег? Вы тут всю ночь маялись?
Оба уставились на меня как на душевнобольного. Что, в общем-то, недалеко от истины, если рассматривать этот термин буквально.
— Как долго меня не было? — закрались в голову ядовитые подозрения.
— Около получаса. А что?
Льющийся из окон свет моментально померк, блистательное убранство холла пришло в тотальный упадок. Я стоял посреди ровно того самого заброшенного особняка, в который вошёл ночью. Полчаса назад.
— Нет. Определённо нет. Нужно идти, сейчас.
Будто услышав меня, двери распахнулись. Упрашивать Волдо с Красавчиком не пришлось. Покидая особняк последним, я на миг оглянулся и заметил фигуру, стоящую на лестнице. Не знаю почему конкретно, я видел лишь нечёткий силуэт, но готов поклясться, что она не была человеческой.
— Может уже расскажите, что случилось? — вернулся Волдо к прерванному разговору, едва мы отъехали от поместья на расстояние, с которого перестал ощущаться его зловещий ореол. — Чем закончился ваш разговор с баронессой?
— Мы решили, что нам нужен ребёнок.
— Что ж... Весьма неожиданно, учитывая ваше краткое знакомство.
— За полчаса и жизнь прожить можно при определённых обстоятельствах.
— Похоже, вы смогли впечатлить даму. У неё наверняка есть нужные связи чтобы снять с нас обвинения. Ну, не от разыскиваемого же колдуна-убийцы она будет рожать, — Волдо глупо усмехнулся своей ещё более глупой инсинуации.
— Да. Вы же сами сказали, что решили завести ребёнка.
— Ты умом тронулся? Он нужен для устранения проблемы с моей душой.
— Не что, а кто. Мы, всё-таки, говорим про одушевлённый предмет, прояви уважение.
— Вы... Вы хотите похитить и убить ребёнка?!
— Хватит орать, и так башка раскалывается. Не собираюсь я его убивать. Возьму и отдам Арабель. Она женщина, она лучше знает, как с детьми обращаться.
— Пожалуйста, скажите, что это шутка. Вы смеётесь надо мной, да?
— Я сейчас не в том настроении.
— Пресвятая Амиранта, только не это. Как низко вы готовы пасть и утянуть меня следом? Детоубийство! А что дальше? Будете... Не знаю... Да у меня даже идей хуже нет!
— Чего ты разошёлся? Это всего лишь ребёнок, обычный, человеческий. Их как грязи кругом. Думаю, если украсть одного в какой-нибудь деревне, родители только порадуются — голодным ртом меньше. Эти мелкие говнюки постоянно дохнут — то хворь какую подцепят, то в пруду утонут, то волки сожрут. Хватит делать трагедию на пустом месте.