Или же просто не могла кричать от боли, потому как пасть была занята жадным поглощением бурлящего варева. Сухая почти мумифицированная плоть намокла и стала взбухать, уцелевшая кожа пошла волдырями, но жуткая мразь как ни в чём не бывало продолжала заливаться супом. Лишившаяся капюшона голова, ни на миг не прекращая всасывать кипящую жижу, повернулась ко мне. Теперь свет отражался лишь одним глазом, второй стал белёсым и мутным. Обваренная глотка ведьмы раздулась как жабий зоб. Всё её тело перекосоёбило, оно хаотично разбухало, менялось... Очень быстро. Настолько быстро, что я едва успел вытащить меч, пока варёный глаз обретал утерянное секунды назад зрение, и отражений моего факела на уродливой морде вновь стало два.
Ведьма, перевалившись через край чана, вылилась на пол вместе с остатками супа. Исходящая паром, она продолжала трансформироваться, и, похоже, только это не позволило ей зажать меня в угол и разнообразить меню рваным мясом.
Я вылетел прочь с кухни и бросился к выходу. Чёртов пар сделался только плотнее, дышать через ткань было тяжело, а разбирать дорогу почти нереально. Последнее обстоятельство едва не стало фатальным.
— Мать твою! — руки упёрлись в стену. Тупик!
Ещё до того, как обернуться, я выставил назад меч. И его острие лишь долю секунды провисело в воздухе, прежде чем нанизать на себя летящую во весь опор ведьму. В своём доме она могла ориентироваться и вслепую, но на новые предметы интерьера не рассчитывала. Опрометчиво. Я рванул меч в сторону, стараясь нанести как можно более обширную рану, и скользнул ведьме под ноги. Пламя факела даже не попыталось зацепиться на мокрые тряпки, зато из распоротого брюха хлынул поток супа. Впрочем, он иссяк едва ли не быстрее, чем сталь покинула моментально зарастающую плоть.
Я бросился прочь, чертя правым плечом по стене, чтобы не пропустить лаз, а провалившись в него, чуть не скатился по лестнице. Было бы забавно сдохнуть, свернув себе шею, но сегодня у моей смерти были явно иные планы, и они уже стучали копытами у меня над головой. Колотя мечом по стенам, как слепой своей тростью, я, наконец, выбрался из адской хижины и — о боже! — как же приятно было вдохнуть свежий чистейший болотный воздух! Набрав полные лёгкие живительной газовой смеси, я заорал:
— Красавчик!!! Сюда!!! Убей мразь!!!
Четвероногий генератор позитива добросовестно нёс вахту на своём боевом посту и, несмотря на нечётко сформулированную задачу, смог верно определить цель.
