– Ну да! Забега́л с месяц назад, рассказывал. Говорил, новые горизонты открылись, и деньжат побольше…
– …Знаешь, Жорик, если бы я захотел грабануть это заведение, я бы справился играючи, – поделился Монах интересной мыслью со своим другом Зажориком вечером за ужином.
– Грабануть? – Зажорик даже перестал жевать. – А чего там брать? Электронику? А как вынесешь?
– Остынь! Гипотетически. Из трех видеокамер работает одна, дежурный спит. Ладно, не о том речь. Что пьем? Аманиту?
– Смерти моей хочешь? – фыркнул Зажорик. – Свою белену кушай сам. Я и так целый день под балдой был, чуть лапти не сплел!
– Да нет, живи пока. Нам еще бизнес-план по поставкам сочинять. Мне нужен твой посильный креатив.
– Целебных трав. Ночью и займемся. Нужно ковать железо, пока горячо.
– Марат согласился? – обрадовался Зажорик.
– Он пока не уверен, но лед тронулся. Согласится. Кстати, меня водка давно не вставляет… – Он задумался на миг. – А если мы водяры, а сверху лакирнем грибком? Пару капель всего? Как тебе? И сразу за бизнес-план!
– Бизнес-план за одну ночь? Ты чего, Монах?
– Две светлых головы, да еще и под этим самым делом… Не бойся, Жорик, пробьемся! У меня все тут! – Монах постучал себя пальцем по лбу. – Только изложить нужно грамотно, и тут необходима абсолютная ясность мысли.
– Ну, разве что капельку, – с сомнением произнес Зажорик.
…Спустя пару часов Монах растолкал Зажорика, уснувшего прямо за столом, и спросил:
– Твоя тачка на ходу?
– Чего… кто? – Зажорик застонал, схватившись за голову.
– Да что ж ты нежный такой, право, – попенял ему Монах. – Встать можешь?
– Ээээ… куда? – не понял Зажорик.
– На дело! Подъем! – рявкнул Монах. – Труба зовет!
– Дело? Какое… к черту… как же мне хреново… опять… чтобы я еще когда-нибудь… – невнятно бормотал Зажорик, вяло отбиваясь от Монаха.
– Хватит ныть, Жорик! Мне тут пришла в голову одна плодотворная идейка… я же говорил, что просветляет! Давай!
Он сдернул Зажорика со стула и радостно захохотал.
Ловит, ловит стрекоза
– Я встречаю его в бассейне два раза в неделю, – начала Ирка. – Я ухожу, а он как раз приходит. Хорошо одетый мужик, в «серебристом» возрасте.
«Серебристый» возраст, по определению Ирки, – слегка за шестьдесят, вернее, в диапазоне пятьдесят – слегка за шестьдесят. Как-то она принесла Юлии журнал с потрясающе интересной статьей известного сексопсихолога о домах терпимости в Тайване.
