– А затем, что Марат трус. Если его пугнуть, он станет сговорчивее, понял? А то, что он испугается, я тебе гарантирую! Понятно? Ну, почему я должен тебе все разжевывать?
– Непонятно! – озадачился Зажорик. – Так убили Евгения или нет? Или ты развел всю эту бодягу, чтобы пугнуть Марата?
– Одно другому не мешает, Жорик. Не знаю, зачем я развел эту бодягу, как ты говоришь. Возможно, из-за врожденного чувства справедливости. Ты, например, считаешь, что убийства не было, а я… не знаю! Поручиться не могу, но что-то беспокоит. А с другой стороны, поезд ушел, Жорик, и все, что мы можем, это всего-навсего напугать Марата. Мы ведь хотим войти в раскрученный бизнес? Я заместителем директора, а ты главным, скажем, по технической базе?
– Вот видишь! Если задать Марату нужное направление, его можно брать голыми руками. Люблю трусов, все их ходы просчитываются заранее. Хотя не могу не признать, что с сильным противником веселее.
– А какого хрена тогда мы едем к этому охраннику?
– Чтобы ничего не упустить. На всякий случай. Есть у меня пара мыслишек…
Когда они, попетляв по поселку и поговорив с аборигенами, обнаружили наконец дом номер шестнадцать по улице Вертикальной (почему-то!), дождь прекратился, тучи рассеялись и брызнуло неяркое и какое-то заспанное солнце.
– Надеюсь, он дома, а не на рыбалке, – заметил Монах, открывая нужную калитку. Навстречу им выскочил, заливаясь лаем, небольшой рыжий песик.
Зажорик, с детства боявшийся собак, попятился.
– Эй, собака! – позвал Монах, протягивая руку к песику. – Мы не грабители! Позови лучше хозяина!
Зажорик прошипел: «Сейчас цапнет!», но песик обнюхал руку Монаха и завилял хвостом. По дорожке к ним уже спешил тощий старик в спортивном костюме и синей вязаной шапочке.
– Хрустик, место! – приказал он. Песик и ухом не повел, продолжая прыгать вокруг Монаха.
– Славная собачка, – сказал Монах. – А мы к вам, Петр Семенович.
– Заходите! Из прокуратуры?
– Из прокуратуры? Нет, мы по другому делу. А что, есть проблемы?
– Как же без проблем! Соседка подделала документы и передвинула межу на метр. Теперь судимся. Думал, выйду на пенсию, отдохну, тут у нас рыбалка хорошая… – он махнул рукой.
– Где новая межа? – деловито спросил Монах.