В дождливом Амвьене 1913 года, серый мрак неба и скрип воды по козырьку рассказывают о грустной Эвелин. Несмотря на ненастье, она пытается преодолеть обычную жизнь в этом городке, забитом тёмными облаками надежд и вершин.
А для этого одной любви или магии было мало. Что толку обладать силой, если у нее нет достойного применения? И я его нашла. Ведь что может быть важнее, чем спасать жизни, вытаскивать людей из лап смерти, возвращать им здоровье и силы? И если Кейт лечила больных с применением обычных медицинских средств, то маги-целители использовали силы стихий, которыми владели. Кто-то обладал магией воды, кто-то – воздуха, а кто-то – магией земли. И это давало нам возможность поддерживать жизнь даже самых безнадежных больных до прибытия докторов, и вытаскивать умирающих из лап смерти.
– Благодарю, тер Лауниц, – принимая из рук своего любимого преподавателя заветный диплом, улыбнулась профессору.
– Тера Иветта Стронге, – вызвал тер Лауниц следующую студентку, а я коротко поклонилась – в академии мой титул ничего не значил, и для всех я была обычной студенткой, – и поспешила к мужу.
– Ну?
Крепкие руки обвили талию, и на меня уставились родные глаза с беспокойно горящими красными искрами. Как и всегда, Эрику было плевать на светские правила, и он делал то, что хотел.
– Милый, не стоит так сверлить взглядом моих сокурсников, – шепнула я мужу. – Они и так в мою сторону лишний раз посмотреть боятся.
– Правильно боятся, – хмыкнул Эрикен. – А то я не знаю, что у них на уме.
Его взгляд полыхнул алым, но тьма тут же исчезла, оставив светлую синеву.
– Значит, можно тебя поздравить? Ты теперь настоящий дипломированный маг, – улыбнулся Эрик, и тонкая седая прядь, появившаяся в густых темных волосах после ночи в Навроне, упала ему на глаза.
– Самой не верится, – поправив ее, усмехнулась в ответ и добавила: – Кажется, только недавно было посвящение в адепты, и вот я уже маг-целитель.
– Диплом покажешь?
– Вот.
Я протянула заветную синюю книжечку, в которой черным по белому значились моя фамилия и специальность.
– Кэтрин может тобой гордиться, – улыбнулся Эрик.
Это да. Может. Все четыре года учебы я несколько часов в неделю помогала Кейт в госпитале с тяжелораненными, и многому у нее научилась. И она говорила, что я просто создана для подобной работы. Да я и сама это чувствовала. События четырехлетней давности многое изменили, заставив меня повзрослеть, и лишили глупых иллюзий."
"А вот тетушка, когда узнала, чем я занимаюсь, только поджала губы и процедила, что ничего другого и не ожидала.
